ПОИСК ПО САЙТУ
Советская цивилизация

Что делал СССР для спасения мира от войны и фашизма



Автор: Ю́рий Васильевич Емельянов — (род. 1937, Москва) — советский и российский писатель, историк, кандидат исторических наук (1979). Является автором более 200 публикаций по вопросам политической истории, американистики, международной жизни, современной истории России и мировой истории, в том числе около двух десятков книг.
Источник: Газета "Советская Россия"


Рассказывая о совещании европейских стран в Вильнюсе, на котором была предпринята попытка втянуть Украину в Евросоюз, ведущий передачи «Вести недели» журналист плавным жестом показал на надписанное за его спиной уравнение. Из него следовало, что «Вильнюс-2013» не равен «Мюнхену-1933». Какое же событие 1933 г. имел в виду журналист? Надо думать, что речь шла о Мюнхенских соглашениях, которые привели к расчленению Чехословакии и открыли путь Гитлеру на Восток. Однако они были подписаны не в 1933 г., а 30 сентября 1938 г. 

Смещение даты известнейшего исторического события авторами сюжета и ведущим, претендующим на высокий уровень общей культуры и всестороннюю эрудицию, свидетельствует о крайней неряшливости в часто повторяющихся телепередачах о предвоенных годах. Однако, во-первых, события тех лет освещаются небрежно или поверхностно. Во-вторых, целые периоды предвоенной истории вымарываются из общественного сознания. Хотя по телевидению неоднократно вспоминают Пакт Молотова – Риббентропа, содержание этого документа и причины его появления на свет грубо искажаются.

Одновременно на СССР возлагают ответственность за нападение Германии на Польшу и даже за развязывание Второй мировой войны. Этому способствует умолчание о том, что предшествовало заключению советско-германского договора о ненападении от 23 августа 1939 г. В материалах буржуазных СМИ ни слова не говорится о той многолетней борьбе, которую вел СССР за активный отпор фашизму и создание системы коллективной безо¬пас¬ности сразу же после установления в Германии гитлеровской диктатуры.


СССР и Лига Наций


80 лет назад произошло событие, которое положило начало действиям Советского правительства, направленным на предот¬вращение Второй мировой войны. 19 декабря 1933 г. ЦК ВКП(б) принял постановление, которое положило конец долгой конфронтации нашей страны с Лигой Наций и предусматривало вступление СССР в эту международную организацию.
С самого начала своего создания на Парижской мирной конференции 1919 г. Лига Наций, в состав которой вошло 44 государства мира, превратилась в орудие борьбы против молодой советской республики. В годы Гражданской войны Лига Наций координировала действия иностранных интервентов на советской земле. Когда же в ряде областей Поволжья в 1921 г. разразился сильнейший голод, в Лиге Наций стали разрабатываться планы нападения на Советскую страну, воспользовавшись ее тяжелым положением.

Несмотря на активную враждебность Лиги Наций по отношению к СССР, советская дипломатия предпринимала усилия для того, чтобы использовать некоторые мероприятия этой организации для срыва планов нападения на СССР. В частности, Советский Союз принял участие в работе комиссии Лиги Наций по экономическим проблемам Европы. На ее заседаниях представители СССР добились одобрения 5 ноября 1931 г. резолюции, в которой признавалась «возможность мирного сосуществования государств, имеющих различную экономическую и социальную структуру», и предлагалось подписать «пакт экономического ненападения».
На созванной Лигой Наций Женевской международной конференции 1932 г. по разоружению советская делегация внесла предложение о всеобщем разоружении. В случае отклонения этого предложения СССР выдвинул и альтернативный вариант – проект конвенции о пропорциональном и прогрессивном сокращении вооружений.

Однако предложение СССР поддержала лишь делегация Турции. Остальные участники конференции встретили советское предложение с недоверием, разглядев в нем коварный замысел. После советского выступления представитель Люксембурга на конференции рассказал придуманную им басню о том, как однажды звери тоже решили разоружиться. Тогда медведь предложил обитателям леса отказаться от клыков, острых клювов и когтей, сохранив лишь крепкие дружеские объятия.

В свою очередь в Советской стране часто высмеивали лицемерие западных деятелей, которые болтовней о разоружении прикрывали наращивание военных потенциалов своих стран. И. Ильф и Е. Петров так воспроизвели куплеты тогдашних куплетистов-сатириков:

«Первый сатирик:

Вчера зашел я в Лигу Наций,
Там звали всех разоружаться.

Второй сатирик:
А ты не видел? У Бриана
Торчали пушки из кармана!»

И всё же СССР продолжал осуществлять действия, направленные на сползание мира к войне. В 1933 г. советские юристы разработали определение агрессии, которое было внесено на рассмотрение конференции по разоружению. Хотя представители ведущих стран Запада отвергли это определение, СССР в июле 1933 г. подписал Конвенцию об определении агрессии с соседними и близлежащими странами: Афганистаном, Турцией, Ираном, Латвией, Литвой, Эстонией, Польшей, Румынией, Чехословакией, Югославией. В 1934 г. к конвенции присоединилась Финляндия.

Хуже обстояло дело на дальневосточной границе СССР. После оккупации Маньчжурии японскими войсками 18 сентября 1931 г. они вышли на советскую границу и на китайские земли, по которым проходила принадлежавшая Советскому Союзу КВЖД. Число вооруженных инцидентов на дальневосточной границе СССР и на КВЖД заметно возросло. Попытки СССР в 1931–1932 гг. добиться подписания советско-японского договора о ненападении Япония отвергла, заявив, что «время еще не созрело для формального начала переговоров». Чтобы устранить источник постоянных конфликтов в Маньчжурии, СССР продал КВЖД японцам, но конфликты на дальневосточной границе продолжались.

Угроза новой мировой войны еще более возросла после прихода А. Гитлера к власти в Германии 30 января 1933 г. Министр экономики в правительстве Гитлера А. Гугенберг выступил в июне 1933 г. с меморандумом, требуя возвращения Германии колоний в Африке и предоставления «лишенному территорий» немецкому народу новых земель на Востоке, где «эта энергичная раса могла бы расселиться». Советское правительство заявило протест против меморандума Гугенберга.

Вскоре последовали заявления руководителя отдела внешней политики национал-социалистической партии Германии А. Розенберга, в которых он подчеркивал готовность нацистов к соглашению с западными странами и объявлял о «восточной проблеме». В статье «Бредовый план Розенберга» «Правда» от 14 мая 1933 г. писала: «Новый план Розенберга сводится к следующему: 

1) Германия поглощает Австрию; 
2) объединенная Германия и Австрия либо целиком поглощают Чехословакию, либо отторгают от нее Моравию, Словакию и Прикарпатскую Украину; 
3)... «исправляются» польские западные границы, причем к Германии отходит не только Польский коридор, но и Познанское воеводство... 
4) «попутно» Германия поглощает прибалтийские страны – Литву, Латвию и Эстонию; 
5) реорганизованная таким образом Германия... начинает борьбу за отторжение Украины от Советского Союза». 

Прогноз центрального печатного органа ВКП(б) в целом правильно определил основные этапы последующей экспансии гитлеровской Германии. Для правительства СССР было очевидно, что в центре Европы сложился очаг мировой войны.

29 ноября 1933 г. нарком иностранных дел СССР М. Литвинов заявил, что в течение года прежние отношения с Германией стали неузнаваемыми. Через два месяца в своем отчетном докладе XVII съезду ВКП(б) И.В. Сталин говорил: «Дело в том, что еще перед приходом к власти нынешних германских политиков, особенно же после их прихода – в Германии началась борьба между двумя политическими линиями, между политикой старой, получившей отражение в известных договорах СССР с Германией, и политикой «новой», напоминающей в основном политику бывшего германского кайзера, который оккупировал одно время Украину и предпринял поход против Ленинграда, превратив прибалтийские страны в плацдарм для такого похода, причем «новая политика» явным образом берет верх над старой. Нельзя считать случайностью, что люди «новой» политики берут во всем перевес, а сторонники старой политики оказались в опале. Не случайно также известное выступление Гугенберга в Лондоне, так же как не случайны известные декларации Розенберга, руководителя внешней политики правящей партии Германии».

Агрессивность гитлеровской Германии и милитаристской Японии возрастали, а потому и та, и другая страна стали тяготиться пребыванием в Лиге Наций, в которой всё чаще звучали голоса с осуждением их действий. Эти выступления стали раздражать правящие милитаристские круги Японии, а поэтому 27 марта 1933 г. Япония вышла из Лиги Наций.
Поскольку же устав Лиги Наций был частью Версальского договора, то Гитлер стал добиваться согласия членов этой организации на отмену военных статей этого договора. Не добившись этого, гитлеровская Германия также вышла из состава Лиги Наций 14 октября 1933 г.

Было очевидно, что в лагере империалистических держав не было единства, а Лига Наций могла стать ареной для выступлений тех стран, которые противостояли наиболее агрессивным державам мира – Японии и Германии. Именно этим было обусловлено решение СССР вступить в Лигу Наций.

Через шесть дней после принятия решения ЦК, 25 декабря 1933 г., корреспондент газеты «Нью-Йорк таймс» У. Дюранти в ходе своей беседы с И.В. Сталиным задал вопрос: «Всегда ли исключительно отрицательна ваша позиция в отношении Лиги Наций?» Сталин ответил: «Нет, не всегда и не при всяких условиях. Вы, пожалуй, не вполне понимаете нашу точку зрения. Несмотря на уход Германии и Японии из Лиги Наций – или, может быть, именно поэтому – Лига может стать некоторым фактором для того, чтобы затормозить возникновение военных действий или помешать им. Если это так, если Лига сможет оказаться неким бугорком на пути к тому, чтобы хотя бы несколько затруднить дело войны и облегчить дело мира, – то тогда мы не против Лиги. Да, если таков будет ход исторических событий, то не исключено, что мы поддержим Лигу Наций, несмотря на ее колоссальные недостатки».

Прошло почти 9 месяцев, и 15 сентября 1934 г. 30 государств – членов Лиги Наций обратились к СССР с приглашением вступить в эту мировую организацию. Через три дня ассамблея Лиги постановила принять СССР в ее состав, включив его представителя в качестве постоянного члена Совета Лиги (против принятия СССР голосовали лишь Голландия, Португалия и Швейцария).

Борьба СССР за коллективную безопасность в Европе

Однако вступлением в Лигу Наций не ограничились усилия СССР, направленные на предотвращение угрозы мировой войны. Постановление ЦК ВКП(б) от 19 декабря 1933 г. предусматривало ряд внешнеполитических мероприятий, направленных на создание эффективной системы коллективной безопасности и обуздания агрессоров. В соответствии с этим решением в декабре 1933 г. СССР предложил Франции и ряду других европейских стран подписать договор о взаимной помощи против агрессии. Предполагалось, что в этом договоре могли бы принять участие, помимо СССР и Франции, Бельгия, Чехословакия, Польша, прибалтийские страны, то есть те государства, которые граничили с Германией и могли бы стать жертвами ее агрессии.

В ответ министр иностранных дел Франции Луи Барту предложил подписать два договора: 1) Восточный пакт – договор о взаимной помощи между СССР, Польшей, Чехословакией, Финляндией, Эстонией, Латвией, Литвой и Германией. (Барту предлагал сделать Германию участником этого пакта, чтобы последняя не могла утверждать, что ее окружают.) 2) Договор о взаимной помощи между СССР и Францией. Барту подчеркивал: «Наши малые союзники в центре Европы должны быть готовы смотреть на Россию как на опору против Германии».

Последнее обстоятельство, о котором упомянул Барту, привело к установлению дипломатических отношений в 1934 г. между СССР и Венгрией, Болгарией, Албанией, Чехословакией и Румынией. Еще раньше, в ноябре 1933 г., были установлены дипломатические отношения с США. Так было покончено с остатками внешнеполитической изоляции нашей страны, проводившейся в первые годы социалистической революции.

Однако убийство Барту 9 октября 1934 г., осуществленное в Марселе фашистскими террористами, положило конец усилиям Франции по созданию Восточного пакта. Всё же договор о взаимной помощи между Францией и СССР был подписан 2 мая 1935 г. А 16 мая 1935 г. был подписан договор о взаимной помощи между СССР и Чехословакией. Эти договоры могли стать основой для системы коллективной безопасности в Европе.

В том же 1935 г. Советское правительство решительно осудило агрессию фашистской Италии против Эфиопии. По предложению СССР Лига Наций 50 голосами против 4 в октябре 1935 г. приняла решение о принятии санкций против Италии. В дальнейшем СССР выступал за принятие действенных коллективных мер по прекращению агрессии Италии, которая наряду с Германией стала еще одним очагом мировой войны.

За единый фронт против фашизма

Одновременно советское руководство поддержало усилия для создания широкого всемирного антифашистского и антивоенного фронта общественных сил. На VII конгрессе Коммунистического интернационала, состоявшемся в Москве в июле–августе 1935 г., главным стал вопрос о борьбе против развязывания новой мировой войны. На конгрессе была определена новая тактика «единого рабочего народного фронта». В своем докладе генеральный секретарь исполкома Коминтерна Г.М. Димитров говорил: «Перед лицом величайшей угрозы фашизма осуществление единого фронта борьбы рабочего класса представляет на нынешнем историческом этапе главную, ближайшую задачу международного рабочего движения».

В соответствии с решениями Коминтерна профсоюзы, возглавлявшиеся коммунистами, объединялись с профсоюзами, которыми руководили социалисты. Во Франции и Испании были созданы Народные фронты, в состав которых вошли коммунисты, социалисты, представители других антифашистских сил. В Испании Народный фронт, состоявший из республиканцев, социалистов и коммунистов, получил большинство на выборах в кортесы в феврале 1936 г. После выборов в апреле–мае 1936 г. пришел к власти Народный фронт Франции. Так создавались условия для сдерживания агрессивных намерений Гитлера.
Однако уже 18 июля 1936 г. в Испании был поднят военный мятеж против правительства Народного фронта. СССР стал единственной страной мира, которая оказала действенную помощь Испанской республике в ее тяжелой борьбе против реакции и пришедшим на помощь ей вооруженным силам из Италии и Германии. В сентябре 1936 г. Советское правительство приняло решение направить Испанской республике танки, самолеты и другое вооружение. В Испанию отправились и кадровые военные Красной армии, среди которых были будущие Маршалы Советского Союза Р.Я. Малиновский и К.А. Мерецков.

16 октября 1936 г. было опубликовано письмо Сталина руководителю Компартии Испании Хосе Диасу, в котором говорилось: «Трудящиеся Советского Союза выполняют лишь свой долг, оказывая посильную помощь революционным массам Испании. Они отдают себе отчет в том, что освобождение Испании от гнета фашистских реакционеров не есть частное дело испанцев, а общее дело всего передового и прогрессивного человечества». На испанской земле советские воины впервые вступили в вооруженное столкновение с фашистами Италии и Германии.

Решения Коминтерна послужили идейным обоснованием созданного в Китае единого фронта против японской агрессии. Антияпонский фронт, объединивший до тех пор сражавшиеся друг против друга Красную армию Коммунистической партии Китая и вооруженные силы Гоминьдана, позволил им оказывать активное сопротивление агрессии Японии, развернувшейся в июле 1937 г.

Вскоре после начала японской агрессии СССР заключил договор о ненападении с Китаем. А затем в Китай из СССР пошли поставки танков, артиллерии, самолетов, боеприпасов, снаряжения, горючего. В Китай прибыли советские военные советники, в том числе впоследствии прославленные военачальники Великой Отечественной войны В.И. Чуйков и П.С. Рыбалко. Прибыли в Китай и советские летчики, вступившие в воздушные бои под Ханькоу, Чунцином, Ланьчжоу, Чэнду, Сианем.

Гитлеровская Германия и ее союзники осознавали, что СССР и международное коммунистическое движение были наиболее последовательными противниками, способными сорвать осуществление их планов порабощения планеты. Поэтому главные агрессивные державы Германия и Япония оформили свой военно-политический блок, подписав 25 ноября 1936 г. в Берлине Антикоминтерновский пакт. 6 ноября 1937 г. к нему присоединилась Италия, а затем и другие союзники агрессоров.

Как Запад помогал Гитлеру в подготовке мировой войны

Однако усилия СССР по отпору фашистским агрессорам и предотвращению мировой войны не были подкреплены действиями ведущих держав Запада. Более того, после прихода Гитлера к власти финансовая помощь западных банков Германии с 1933 г. существенно увеличилась. Англо-германо-американский банк Шредера вместе с нью-йоркским банком «Диллон Рид» финансировали германский стальной трест «Ферейгигте Штальверке». Крупнейшие американские, французские, голландские монополии, такие, как группы Рокфеллера, Моргана, Меллона, «Ройял датч шелл», Виккерса, Болдуина, «Юнилевер» оказывали Германии широкую финансовую помощь. Бывший министр финансов в гитлеровском правительстве Я. Шахт писал в мемуарах: «Заграница форменным образом превзошла сама себя в признании того, что делал Гитлер, и оказывала ему беспрестанно всяческие почести».

Помощь стран Запада Германии не ограничивалась денежными займами. Хотя Англии требовались собственные самолеты, из этой страны в Германию шли большие партии авиамоторов. Английский экономист Пауль Эйнцинг писал: «Если когда-нибудь настанет судный день, то ответственность за гибель английских солдат и гражданского населения придется возложить на снисходительную позицию английского правительства. Военные материалы, которые, возможно, будут использованы против Англии, могли быть произведены только благодаря той щедрости, с какой Англия предоставляет своему врагу свободу маневрирования биржевыми ценностями для закупки сырья».

Многие монополии Запада передавали Германии технологии, с помощью которых стало возможным создание военного потенциала этой страны. «Стандарт ойл» финансировал строительство заводов по производству синтетического топлива. В 1938 г. американский химический трест Дюпона передал германскому тресту «ИГ Фарбениндустри» технологию производства синтетического каучука. После того как в лабораториях американской фирмы «Джасако» была разработана технология массового производства каучука «буна», право собственности на этот патент перешло к германскому тресту. Р. Сэсюли, исследовавший деятельность «ИГ Фарбениндустри», писал: «Когда в 1938 г. пошли на синтетическом бензине бронемашины с шинами и гусеницами, изготовленными из «буна С», германский генеральный штаб мог констатировать, что вооружение вступило в свою последнюю фазу. Теперь война могла начаться, как только Гитлер подаст сигнал к ней».

Американские монополии помогли Гитлеру увеличить производство ряда стратегически важных товаров. Вскоре после его прихода к власти мировой алюминиевый картель, который для сохранения высоких цен на алюминий сдерживал его производство, принял решение снять эти ограничения для Германии при условии, что эта страна не будет продавать алюминий на мировом рынке. Используя алюминий для строительства самолетов, Гитлер не был заинтересован в его продаже за пределами страны. Зато к 1939 г. производство алюминия в Германии сравнялось с выплавкой этого металла в США и Канаде вместе взятых. Кроме того, американская компания «Алкоа» и «Британская алюминиевая компания» так активно снабжали Германию алюминием, что поставили под угрозу снабжение этим металлом самолетостроительной промышленности своих стран.

Таким же образом американские монополии помогали производству в Германии магния, никеля, карбид-вольфрама, бериллия и других стратегических материалов. Американские компании помогли Германии наладить и разработку железорудных месторождений с бедным содержанием железа. Рокфеллеровская компания «Стандарт ойл» сделала большие капиталовложения в германскую нефтепромышленность.

При фактическом поощрении держав Запада нацистское правительство приступило к формированию мощных вооруженных сил. Этому способствовало подписание 15 июля 1933 г. в Риме Б. Муссолини и послами Германии, Франции и Великобритании в Италии так называемого Пакта четырех. Третья статья пакта снимала с Германии ограничения на вооружения, установленные Версальским договором 1919 г. Эти уступки Гитлеру были сделаны Францией и Великобританией в расчете на то, что Германия развяжет войну против СССР.

Советское правительство предупреждало западные державы об опасности поощрения Гитлера. В ходе переговоров в марте 1935 г. с лордом-хранителем печати Великобритании А. Иденом нарком иностранных дел СССР М.М. Литвинов заявил: «Сейчас было бы преждевременно сказать, в какую сторону Германия в первую очередь направит свой удар. Вполне допустимо и даже более вероятно, что первый удар будет направлен и не против СССР... Вообще Гитлер, выдвигая в настоящее время на первый план восточную экспансию, хочет поймать на удочку западные государства и добиться от них санкции его вооружений. Когда эти вооружения достигнут желательного для Гитлера уровня, пушки могут начать стрелять совсем в другом направлении».
Советское руководство осознавало лицемерие западных держав, говоривших о необходимости создания системы коллективной безопасности в Европе, но на деле поощрявших Гитлера к агрессии против нашей страны. После переговоров И.В. Сталина с А. Иденом последний подошел к висевшей на стене большой географической карте СССР и заметил: «Какая большая страна... А вот Англия совсем маленький остров». Тогда Сталин заметил: «Да, маленький остров, но от него многое зависит. Вот если бы этот маленький остров сказал Германии: не дам тебе ни денег, ни сырья, ни металла – мир в Европе был бы обеспечен». Иден на это ничего не сказал.

7 марта 1936 г. Германия в нарушение Версальского договора о демилитаризации Рейнской области ввела свои войска в Рейнскую область. Правда, премьер-министры Великобритании и Франции Болдуин и Сарро осудили действия Германии, но никаких действий против Германии не было предпринято.

Несмотря на наличие договоров о взаимной помощи с СССР и Чехословакией, руководители Франции приняли участие в Мюнхенской сделке. К осени 1938 г. Народный фронт фактически распался, а новое правительство Э. Даладье стало саботировать сотрудничество с Советским Союзом. Было очевидно, что правящие круги ведущих стран Запада рассчитывали с помощью Мюнхенского сговора направить агрессию Гитлера против СССР.

На западной границе СССР

Оказанию отпора гитлеровской Германии способствовала бы готовность Польши и стран Прибалтики противостоять потенциальному агрессору. Гитлер не скрывал намерений захватить Прибалтику. В своей беседе с министром иностранных дел Великобритании Саймоном Гитлер заявил о своем намерении «в ходе борьбы против большевизма... продвинуться в Литву, Латвию и Эстонию» и установить свою власть над проживающими там «варварскими народами».

В этих условиях правительство Латвии 7 июля 1935 г. проинформировало Советское правительство о готовности подписать с СССР договор о взаимной помощи. Однако на Латвию было оказано грубое давление в Берлине, и латвийское правительство отказалось от своих планов.

На первых порах в Польше агрессивные намерения Гитлера вызывали опасения. Поэтому 13 декабря 1933 г. в Варшаве поддержали предложение СССР опубликовать совместную польско-советскую декларацию, в которой бы указывалось, что обе страны полны решимости защищать мир и неприкосновенность прибалтийских государств. Однако после подписания 26 января 1934 г. польско-германского договора о дружбе и ненападении Польша сочла публикацию советско-польской декларации излишней.
Панская Польша выступала за агрессивный поход вместе с Германией на Восток. Гитлеровский министр экономики Я. Шахт говорил управляющему национальным банком Франции Таннери: «Рано или поздно Германия и Польша поделят между собой Украину, пока же мы удовлетворимся захватом Прибалтики».

Осенью 1938 г., сразу же после заключения Мюнхенского соглашения, Польша приняла участие в разделе Чехословакии, захватив Тешинскую область этой страны.

Зима 1938–1939 гг. прошла под знаком подготовки польско-германского нападения на СССР с целью захвата Украины. При этом плацдармом для нападения была избрана Карпатская Русь (или Закарпатская Украина), отделенная от Чехословакии. Западные державы не скрывали своего благожелательного отношения к такому походу.

Советское правительство пытается спасти мир в 1939 году

Отказ Германии от германо-польского похода на Украину весной 1939 г., «разочаровавший» Запад, был вызван возникшими в это время разногласиями между Германией и Польшей. Германия всё настойчивее требовала от Польши согласия на передачу Третьему рейху Данцига и создания экстерриториальной дороги через земли, соединявшие Польшу с Балтийским морем (так называемый Данцигский коридор). Захват Гитлером Чехии 15 марта 1939 г., а затем и аннексия Клайпеды (Мемеля) у Литвы 23 марта продемонстрировали всему миру, что Германия не ограничилась присоединением Австрии и Судет, населенных немцами, а готова расширять свои владения и за счет других стран. Эти события вызвали озабоченность в Варшаве, и 22 марта министр иностранных дел Польши Бек предложил Англии подписать секретное англо-польское соглашение о сотрудничестве. В ответ 31 марта премьер-министр Англии Н. Чемберлен заявил, что Англия и Франция «окажут польскому правительству любую поддержку, какая имеется в их распоряжении», если на Польшу будет совершено нападение.

Несмотря на участие Польши в подготовке похода против нашей страны и явную готовность стран Запада поддержать эту агрессию, Советское правительство 18 марта обратилось к правительству Великобритании с призывом созвать конференцию представителей шести стран (СССР, Франция, Англия, Польша, Румыния, Турция) для того, чтобы обсудить вопросы коллективной безопасности в Европе. Однако Запад не желал создания действенной системы коллективной безопасности с участием СССР. В своем личном письме премьер-министр Великобритании Н. Чемберлен писал 26 марта: «Я должен признаться в своем глубоком недоверии по отношению к России. Я совершенно не верю в ее способность обеспечить эффективное наступление, даже если бы она и хотела этого».

Стремясь развязать войну между Германией и СССР, Великобритания хотела воспользоваться международным кризисом вокруг Польши для того, чтобы втянуть СССР в неминуемый конфликт. В то же время она не желала такого участия СССР в будущей войне, которая бы привела нашу страну к победе. А. Тейлор отмечал, что правители Великобритании «хотели, чтобы русскую помощь можно было включать и выключать поворотом крана, а они и, может быть, поляки имели бы возможность поворачивать его».

И все же, несмотря на проводимую Западом политику в отношении СССР, Советское правительство 17 апреля выступило с новой инициативой, направленной на обуздание агрессора. В этот день М.М. Литвинов внес предложение о пакте взаимопомощи между Англией, Францией и СССР, к которому могла бы присоединиться и Польша.

9 мая правительство Чемберлена отвергло советское предложение о пакте взаимопомощи. Тейлор подчеркивал: «Главный мотив возражений англичан был связан с их нежеланием оставлять решение вопроса о войне и мире в советских руках. Поляки могли принимать такое решение; балтийские государства могли принимать такое решение; Советское правительство – никогда».

Однако СССР не прервал дипломатической переписки с целью добиться создания антигитлеровской коалиции. Сравнивая сроки, которые требовались правительству СССР для подготовки ответов английскому правительству, со скоростью, с которой работала английская дипломатия, Тейлор замечал: 

«Отсрочки были со стороны Запада, а Советское правительство отвечало почти с захватывающей дух скоростью. Англичане внесли первое предварительное предложение 15 апреля; советское контрпредложение пришло через два дня – 17 апреля. Англичанам понадобилось три недели, прежде чем они подготовили ответ 9 мая; Советы тогда протянули 5 дней. Англичанам потребовалось 13 дней; Советам опять 5 дней. Снова англичанам понадобилось 13 дней; Советское правительство ответило через 24 часа. Потом темп ускорился. Англичане постарались управиться за 5 дней; советский ответ пришел через сутки. Англичанам понадобилось 5 дней, для русских – один день. 8 дней – для английской стороны, советский ответ пришел в тот же день. На этом обмен практически закончился. Если эти даты что-нибудь значат, то только то, что англичане тянули, а русские хотели добиться результатов».

Тем временем советская разведка получила сведения о том, что западные державы ведут секретные переговоры с эмиссарами Гитлера с целью заключения новой сделки, подобной той, что была совершена в Мюнхене, и с той же целью – направить германскую агрессию против СССР. 29 июня 1939 г. «Правда» опубликовала статью члена Политбюро А.А. Жданова, в которой констатировалось, что «англичане и французы не хотят настоящего договора, приемлемого для СССР, и только лишь разговоров о договоре для того, чтобы, спекулируя на мнимой неуступчивости СССР облегчить себе путь к сделке с агрессором».

***

Эти и последующие действия Англии, Франции, а также Польши парализовали возможность коллективного отпора гитлеровской агрессии. В условиях, сложившихся к концу лета 1939 г., СССР оказался вынужденным для защиты своей страны от германской агрессии пойти на подписание договора о ненападении с Германией, который позволил получить почти двухлетнюю передышку для подготовки СССР к началу войны.

В то же время факты свидетельствуют о том, что борьба СССР за обуздание агрессивных намерений гитлеровской Германии развернулась сразу после прихода Гитлера к власти. Уже тогда наша страна встала в авангарде международной борьбы против фашизма. Решающий вклад нашей страны в победу над Германией и ее союзниками был завершением этой многолетней борьбы, свидетельства о которой сейчас стараются скрыть или опорочить фальсификаторы истории.
Советская цивилизация




© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Для подписки на новости сайта введите свой e-mail:

Доставка через FeedBurner

Наверх