ПОИСК ПО САЙТУ


Начало Афганской эпопеи




Автор: Олег Хлобустов


27 декабря 2019 г. исполняется сорок лет со дня ввода Ограниченного контингента советских войск в Демократическую Республику Афганистан (ДРА), ставшего одним из значимых событий в истории ХХ века. Поскольку нынешним поколениям молодых сограждан нашей страны эти события почти неизвестны, представляется необходимым рассказать о них более подробно.

Очередной виток незримой «холодной войны» между США и СССР, на этот раз перешедший в фазу вооруженной борьбы, был начат в канун олимпийского 1980 г. после ввода Ограниченного контингента Советских войск (ОКСВА) в Демократическую республику Афганистан. Безусловно, с позиций сегодняшнего дня, можно констатировать, что решение о поддержке антиамериканских сил в Афганистане было политической ошибкой советского руководства в лице Политбюро ЦК КПСС. Точнее, – «четверки» (позднее она получит полуофициальное наименование «группа Политбюро по Афганистану»), принявшей роковое окончательное решение «по вопросу об «А»: Л.И. Брежнева, Ю.В. Андропова, Д.Ф. Устинова, А.А. Громыко при секретаре К.У. Черненко. Но был ли ввод советских войск в Афганистан причиной или лишь поводом для очередного обострения советско-американских отношений? Ведь политика президента США Джимми Картера была обоснована стратегией его советника по национальной безопасности Збигнева Бжезинского. А тот считал, что с 1972 г. соотношение сил в "холодной войне" стало меняться в пользу США, из чего делал вывод о том, что следует проводить более жесткую, наступательную политику в отношении СССР. Используя в качестве предлога «третью корзину» - третий раздел по гуманитарным вопросам Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, подписанного главами 35 государств в Хельсинки 12 августа 1975 г. Игнорируя при этом два других столь же важных его раздела - об экономическом сотрудничестве и обеспечении военно-стратегической стабильности.

Окончательный удар по двум первым «корзинам» будет нанесен ставшим 20 января 1981 г. президентом США Рональдом Рейганом. Подчеркнем также, что позднее, в 1988 г., по инициативе того же Рейгана, и при молчаливом согласии М.С. Горбачева, Западом будет полностью предан забвению принцип нерушимости послевоенных границ в Европе. Следствием этого стал развал Югославии в 1992 г., а затем и «силовое принуждение» в апреле 1999 г. бомбардировками авиацией НАТО Белграда, столицы Республики Сербия, к отторжению от нее Автономного края Косово. После этого особенно цинична «озабоченность» НАТО «сохранением территориальной целостности» Грузии, звучавщая с августа 2008 г. после отражения нападения грузинских регулярных войск на непризнанную Республику Южная Осетия. А также Украины после вооруженного государственного переворота, совершенного в Киеве в феврале 2014 г.



При этом США и другими западными странами грубо попирался международно-правовой принцип невмешательства во внутренние дела других государств. Читатель уже без труда заметил, что очень многие операции разведки и контрразведки являются весьма продолжительными по времени, осуществляются, порой не одно десятилетие, и завершаются в совершенно иных социально-политических условиях, нежели они начинались. Именно таким, по сути своей, стало "афганское" противостояние, начавшееся в 1980 г. и завершившееся лишь почти через десять лет. Хотя сам термин "афганское" является далеко неточным, ибо составлявшие его операции выходили далеко за пределы этого географического региона и разворачивались также на Европейском, и даже Африканском континентах. И наложили свой неизгладимый отпечаток на всю историю конца ХХ века, о чем надо помнить и сегодня.

27 апреля 1978 г. в Кабуле группа офицеров – членов Народно-демократической партии Афганистана (НДПА), совершила военный переворот, вскоре получивший название Саурской (Апрельской) революции. Несмотря на высказывавшиеся различные мнения по этому вопросу, переворот этот не был инспирирован Советским Союзом, а на столь внезапный шаг заговорщиков толкнули слухи о предстоящем неминуемом их аресте. 30 апреля 1978 г. Афганистан был провозглашен Демократической Республикой (ДРА), председателем Революционного совета (высшего органа власти) и премьер-министром которой был избран генеральный секретарь НДПА Нур Мухаммад Тараки [1], профессор университета. НДПА имела в своем составе 2 фракции «Хальк» («Народ»), и «Парчам» («Знамя»), борьба между которыми за руководящие посты и влияние являлась исключительно важным фактором внутриполитической обстановки в стране. Позднее, от идейно-тактических разногласий, дело дошло не только до уголовного преследования и арестов представителей противоборствующих фракций, но и до их физической ликвидации. Нур Мухаммад Тараки представлял фракцию «Хальк», его заместителем в Революционном совете был избран «парчамист» Бабрак Кармаль [2]. А заместителем премьер-министра и министром иностранных дел являлся «халькист» Хафизулла Амин [3].

В целом НДПА не имела ни необходимого опыта, ни кадров для осуществления государственного управления в стране со сложным национальным составом и социальной структурой общества. Сильны были упования на помощь «северного соседа» – Советского Союза. При этом следует подчеркнуть, что Советская Россия была первым иностранным государством, признавшим независимость Афганистана в 1919 году, а 28 февраля 1921 г. заключила с правительством Афганистана первый договор о дружбе. И до Саурской революции Советский Союз оказывал помощь Афганистану, благодаря чему «шурави», как здесь называли граждан СССР, были хорошо известные афганцам и пользовались у них благорасположением.

Советский Союз встал перед дилеммой, как воспринять события в соседнем государстве?, – вопреки распространенному мнению, в действительности, СССР не стремился к проведению «военно-стратегической» и территориальной «экспансии», хорошо понимая все возрастающую обременительность для собственного бюджета вынужденной экономической помощью своим союзникам и дружественным государствам. (По этому вопросу имелось специальное Постановление Политбюро ЦК КПСС от октября 1975 г.).

Вынужденно поддерживая раздираемую межфракционными противоречиями Народно-демократическую партию Афганистана, советское руководство, о чем было прекрасно известно и в Вашингтоне, и в Исламабаде, – рекомендовало новому правительству ДРА не форсировать социалистические социальные преобразования в традиционном полуфеодальном обществе. Земельная и водная реформы, попытки секуляризации (ограничения традиционного влияния исламского духовенства на повседневную жизнь афганцев), а также и ошибки в государственном управлении и внутренней политике, вызывали все усиливающее недовольство части сельского и городского населения новым афганским правительством. Уже в июле 1978 г., вследствие значительных перегибов в политике, о чем ЦК КПСС, информировала разведка КГБ, вспыхивают первые антиправительственные вооруженные выступления в провинциях Бадахшан, Бамиан, Кунар, Пактрия, которые жестоко подавлялись новыми властями. Вследствие этого уже к лету 1979 г. в Пакистане появились до 400 тысяч беженцев из северных и центральных провинций ДРА. Этот многочисленный контингент закономерно привлек внимание Межведомственного разведывательного управления (МРУ) Пакистана, которое и ранее поддерживало находившиеся здесь заграничные штабы радикальных исламистских организаций, пытавшихся бороться еще против политики свергнутого в апреле 1978 г. президента М. Дауда.

Да и бывшая метрополия Великобритания, более ста лет считавшая Афганистан своей вотчиной, и исповедовавшие стратегию «глобальной войны против Советов», Соединенные Штаты Америки не могли остаться в стороне от событий в этой стране, имевшей массу этнонациональных особенностей и противоречий. Ф. Данинос, автор юбилейного, посвященного 50-летию образования управления, издания «Политическая история ЦРУ», указывал, что, помощник президента США Збигнев Бжезинского, считал, что именно осуществлявшаяся с 1978 г. «помощь» ЦРУ недовольным руководством ДРА афганцам, «вынудила Советы активно вмешаться в борьбу против моджахедов и даже оккупировать страну». Сам Зб. Бжезинский впоследствии признавал, что еще 3 июля 1979 г., то есть за полгода до вступления советских войск в Афганистан, президент США Джимми Картер подписал секретную директиву о выделении 500 млн. долларов на помощь «антиправительственным повстанцам в Афганистане». Весьма примечателен и тот факт, что это решение принимается, несмотря на то, что 14 февраля того же 1979 г. в Кабуле «повстанцами» был убит посол США в этой стране Адольф Дабс.

Премьер-министр ДРА Нур Мухаммед Тараки и министр обороны только в 1979 г. 18 раз обращались к СССР за военной помощью в борьбе против антиправительственных сил, причем 7 раз – уже после сентября, то есть после захвата власти Х. Амином. К концу 1979 г. боевые действия правительственных сил с поддерживаемыми из-за рубежа (Пакистаном и Ираном) «повстанцами» (по-афгански «моджахетдинами» - «воинами Аллаха»), велись в 18 из 26 провинций Афганистана. В этой связи Политбюро ЦК КПСС неоднократно заслушивало на своих заседаниях сообщения об обстановке в этой стране председателя КГБ СССР Ю.В. Андропова, начальника Генерального штаба Н.В. Огаркова и начальника Главного разведывательного управления Генерального штаба П.И. Ивашутина, которые предостерегали о возможных потерях и негативном зарубежном резонансе в случае проведения каких-либо военных акций в этой стране. Исторической правды ради, подчеркнем также, что правительство Тараки нередко прибегало к репрессиям против своих политических противников, одним из непосредственных руководителей и исполнителей которых являлся министр обороны Хафизулла Амин. Под влиянием Х. Амина, Тараки стал постепенно выдавливать «парчамистов» из властных структур, подвергая их преследованиям, расширяя при этом полномочия самого Амина, который стал заместителем премьера, сохраняя за собой пост министра обороны. В ответ на просьбу правительства ДРА на основании Постановления Совета Министров СССР от 30 июня 1978 г. в Кабуле было создано Представительство КГБ, а соглашение между КГБ и Службой государственной информации Афганистана о формах сотрудничества было подписано 5 августа того же года.

Как установила советская разведка, активную разведывательно-подрывную деятельности в Кабуле против нового правительства республики вели сотрудники представительств 20 капиталистических держав, в том числе, помимо США, Англии, Пакистана, Королевства Саудовской Аравии, Египта, ФРГ и Китая. 13 сентября 1979 г., после возвращения из Гаваны, где проходила конференция глав государств Движения неприсоединения, Нур Мухаммед Тараки был арестован по приказу Х. Амина, а позднее – тайно убит в тюрьме. Считается, что именно этот факт оказался решающим для Л.И. Брежнева при принятии решения о свержении режима Амина и вводе советских войск в Афганистан. Реальное же знакомство Петра Ивановича Ивашутина с процессами, происходившими в Афганистане, началось намного раньше. Уже 29 апреля 1979 г. он вызвал полковника В.В. Колесника [4] и майора О.У. Швеца, перед которыми поставил задачу: на базе спецназа Туркестанского Военного округа сформировать отдельный разведывательный отряд в 500 бойцов из военнослужащих таджикской, туркменской и узбекской национальностей. Позже он получил наименование 7-го отряда 15-й отдельной бригады специального назначения ГРУ, позже приобретший всемирную известность как «мусульманский батальон». А уже 15 июля боеготовность этого нового подразделения проверяла придирчивая комиссия Главного управления Генерального штаба вооруженных сил СССР…

На заседании Политбюро ЦК КПСС 31 октября 1979 г. отмечалось: «В стремлении укрепиться у власти Амин, наряду с такими показными жестами, как начало разработки проекта конституции и освобождение части ранее арестованных лиц, на деле расширяет масштабы репрессий в партии, армии, государственном аппарате и общественных организациях. Он явно ведет дело к устранению с политической арены практически всех видных деятелей партии и государства, которых он рассматривает в качестве своих действительных или потенциальных противников… Действия Амина вызывают растущее недовольство прогрессивных сил. Если раньше против него выступали члены группы «Парчам», то сейчас к ним присоединяются и сторонники «Хальк», отдельные представители государственного аппарата, армии, интеллигенции, молодежи. Это порождает неуверенность у Амина, который ищет выход на путях усиления репрессий, что еще в большей степени сужает социальную базу режима».

4 декабря 1979 г. председатель КГБ СССР Ю.В. Андропов и начальник Генерального штаба Н.В. Огарков отправляют в ЦК КПСС записку (№ 312/2/0073) в которой сообщали: «…Х. Амин в последнее время настойчиво ставит вопрос о необходимости направить в Кабул советский мотострелковый батальон для охраны его резиденции. С учетом сложившейся обстановки и просьбы Х. Амина, считаем целесообразным направить в Афганистан подготовленный для этих целей отряд ГРУ Генерального штаба численностью в 500 человек в униформе, не раскрывающей его принадлежности к Вооруженным Силам СССР. Возможность направления этого отряда в ДРА была предусмотрена решением Политбюро ЦК КПСС от 29.6. 1979 г.». На основании этой записки 6 декабря Политбюро ЦК КПСС приняло решение «О направлении спецотряда в Афганистан» [5]. В период с 7 по 17 декабря «мусульманский батальон» ГРУ разместился в пригороде Кабула Дар-уль-Аман вблизи новой резиденции Амина дворца Тадж-Бек, представлявшей собой фактически непреступную крепость. И все же на заседании Политбюро ЦК КПСС 12 декабря 1979 г. принимаются решения о вводе ограниченного советского воинского контингента для «нормализации обстановки и оказания помощи правительству Афганистана», и оказанию «интернациональной помощи партии и правительству», под чем понималось устранение от власти Х. Амина. С тяжелым сердцем встретил П.И. Ивашутин объявленное министром обороны Советского Союза Д.Ф. Устиновым решение о вводе ограниченного контингента Советских войск в Афганистан, однако предпринял все меры для организации эффективного разведывательного обеспечения деятельности советских воинских частей в этой стране. 25 декабря 1979 г. «ограниченный контингент» советских войск (ОКСВ, ставшая впоследствии известной 40-я армия), имея в своем составе около 40 тысяч военнослужащих, пересек государственную границу СССР по направлениям Кушка – Кандагар, Термез – Кундуз – Кабул, Хорог – Файзабад. Военные контрразведчики 40-й Армии (первым начальником ее Особого отдела был назначен полковник, впоследствии генерал-майор, С.И. Божков, занимавший должность начальника одного из отделов 3 Главного управления КГБ СССР), входили в горную страну морозными декабрьскими ночами вместе с военнослужащими Ограниченного контингента походным маршем "на броне" воинской техники.

О решении Советского правительства об оказании «по просьбе правительства ДРА военной помощи» 26 декабря по дипломатическим каналам были проинформированы правительства США, Великобритании, Франции и некоторых других государств. Реализация решения об устранении Амина, принятого «группой Политбюро ЦК КПСС по Афганистану», получила кодовое обозначение операции «Шторм – 333». По линии КГБ (она осуществлялась также с участием спецназа ГРУ) в Кабуле ее подготовкой руководил полковник, впоследствии -генерал-майор Юрий Иванович Дроздов. Около 15 часов по кабульскому времени 27 декабря, заслушав доклад Дроздова по аппарату «ВЧ» о ходе подготовки операции, Ю.В. Андропов сказал: - Не хотелось бы, но придется.

И объявил решение о проведении операции. Помимо захвата спецподразделениями КГБ и ГРУ дворца Тадж-Бек, предусматривалось также занятие Генерального штаба, Службы разведки и контрразведки, МВД и МИД Афганистана, радио- и телецентров, тюрьмы Пули-Чархи, а весь комплекс этих взаимосвязанных оперативно-войсковых мероприятий имел кодовое обозначение «Операция «Байкал-79». Позднее, проведенная силами спецподразделений КГБ «Альфа» и КУОС [6] и ГРУ Генерального штаба, продолжавшаяся 43 минуты операция по захвату практически неприступного дворца Тадж-Бек, в ходе которой Амин был убит, войдет в учебники подготовки спецподразделений армий всех государств мира. 28 декабря В.В. Колесник из кабинета советского посла по ВЧ-связи доложил П.И. Ивашутину о проведенной операции по захвату «объекта Тадж- Бек». А 31 декабря Ю.И. Дроздов с коллегами из ГРУ в присутствии П.И. Ивашутина доложил начальнику Генерального штаба СССР маршалу Н.В.Огаркову о ходе выполнении операции «Шторм – 333», подчеркнув исключительную роль в ее осуществлении «мусульманского батальона» ГРУ.

Возвращаясь, однако, к декабрю 1979 г., когда Комиссия Политбюро ЦК КПСС приняла решение о вводе ограниченного контингента Советских войск в Демократическую Республику Афганистан, следует признать, что далеко не все риски и последствия этого политического шага были предусмотрены и «просчитаны» советской стороной. Хотя уже в 1980 г. Ю.В. Андропов дал указание генерал-майору КГБ Ю.И. Дроздову готовить план обеспечения вывода ОКСВ из Афганистана – хороший политик должен уметь предвидеть нет только необходимые последующие действия и шаги, но и заблаговременно подготавливать их… А с января 1980 г. «афганское направление» стало едва ли не главным в повседневной работе и заботах начальника ГРУ. Хотя сам термин "афганское" не является достаточно точным, ибо составлявшие его операции выходили далеко за пределы этого географического региона и разворачивались также на Европейском, и даже Африканском континентах. И наложили свой неизгладимый отпечаток на всю историю конца ХХ века, да и не только его. Уже на следующий день после свержения режима Амина, 28 декабря 1979 г. госсекретарь США Александр Хейг заявил, что "СССР должен заплатить высокую цену за свою инициативу". Впоследствии в своих многочисленных интервью Збигнев Бжезинский и не скрывал, что имели место усилия США по вовлечению СССР в дорогостоящий, и по возможности отвлекающий, военный конфликт. В интервью французскому журналу Le Nouvel Observateur Бжезинский вспоминал: "Мы не толкали русских вмешиваться, но мы намеренно увеличили вероятность, что они это сделают... Секретная операция была отличной идеей.

Её результатом стало заманивание Советского Союза в афганскую ловушку... В день, когда Советский Союз официально пересек границу, я написал президенту Картеру: "Теперь у нас есть шанс дать Советскому Союзу свою Вьетнамскую войну". В своих интервью Бжезинский прямо заявлял о роли ЦРУ в подготовке афганских моджахедов, то есть, что США сознательно переводили "холодную войну" в "горячую" фазу, отнюдь не отягощая себя какими бы то ни было моральными или гуманитарными соображениями. В интервью журналу Counter Punch (15 января 1998 г.) "Как Джимми Картер и я положили начало моджахедам" он без смущения заявлял: "Я сделал бы это снова". Весьма любопытен рассекреченный в начале двухтысячных годов Меморандум президенту США советника по национальной безопасности Збигнева Бжезинского от 28 декабря 1979 г., часть которого мы воспроизводим без комментариев:

«Соображения о советском вторжении в Афганистан.
…мы не слишком должны тешить себя надеждой о развитии событий по вьетнамскому сценарию [7] в Афганистане:
А. Повстанцы плохо организованы и управляемы.
Б. У них нет постоянных баз, организованной армии и централизованного руководства – всего того, чем обладали северные вьетнамцы.
В. Их поддержка из-за рубежа ограниченна….
Г. Советы, похоже, намерены действовать решительно….
Выводы: Советы, возможно, смогут эффективно добиться своего, а в мировой политике ничего не бывает более эффективным, чем фактические результаты вне зависимости от моральных аспектов.
Что следует предпринять: Ниже изложены лишь самые первоначальные мысли, которые следовало бы продумать более полно:
А. Очень важно то, что сопротивление в Афганистане продолжается. Это будет означать для нас больше расходов и больше оружия, предоставляемого для повстанцев, а также предоставление им необходимой советнической помощи.
Б. Для претворения этого пункта в жизнь мы должны дать гарантии Пакистану и убедить его в необходимости оказывать помощь повстанцам.
В. Нам следует также подтолкнуть Китай на оказание помощи повстанцам.
Г. Нам нужно договориться с исламскими странами в области пропаганды мероприятий и компании тайных операций по оказанию помощи мятежникам…».

Комментируя этот меморандум, британская газета «Гардиан» писала 28 декабря 2009 г.: «Решение Америки обострить эту войну также имело и другие эффекты, которые стали ясны лишь позднее. Оно привело в Афганистан и Пакистан десятки тысяч иностранных боевиков, включая и Усаму бин Ладена.

Эти иноземцы принесли с собой жесткие формы исламского фундаментализма, до того почти неизвестные в Афганистане». Кстати сказать, сегодня многие западные аналитики признают, что Запад, и, прежде всего США и их союзники, во многом повинны в искусственном взращивании гомункула исламского экстремизма и терроризма, наиболее известными представителями которого являются движение Талибан и объявленный "террористом N 1 современности» Усама бин Ладен, в 1980 – 1987 гг. непосредственно поддерживавший связи с офицерами СИС и ЦРУ, действовавшими в этом регионе, и принимавший непосредственное участие в проведении совместных с ними операций. Именно бин Ладеном осуществлялось финансирование и обучение по американским методикам «добровольцев «для священной войны» («моджахедов»), которые в 1990-е годы станут костяком созданной им международной террористической организации «Аль-Кайда» («Основа»). Уже тогда бин Ладен именовал СССР «малым сатаной», с которым надо покончить, для того, чтобы начать борьбу против «большого сатаны» – США.

2 января 1980 г. Совет национальной безопасности США рассматривал вопрос о реакции на события в ДРА, которые Зб. Бжезинский назвал «вторжением». В частности, было принято решение об увеличении объема вещания на СССР радиостанций «Радио Свобода», «Свободная Европа» и «Голос Америки» за счет специально выделяемых фондов, проводить широкие демонстрации «по осуждению советского вмешательства во внутренние дела Афганистана», что выглядит особо циничным на фоне вышеприведенных «планов» Бжезинского. Пункт 21 принятого тогда решения гласил: «США следует и дальше убеждать своих союзников о необходимости увеличения объема радио и телевещания на мусульманские страны, а также на среднеазиатскую часть СССР в целях освещения событий, происходящих в Афганистане. Совместно с нашими союзниками следует периодически выпускать и распространять в ООН информационный бюллетень о состоянии и изменениях в положении Афганистана после советского вторжения…».

Так, незамедлительно после ввода ОКСВ в ДРА, Государственный департамент и ЦРУ США начинали сколачивать международную коалицию для поддержки и оказания всесторонней помощи незаконных вооруженных формирований (НВФ) "моджахедов", в которую вошли Саудовская Аравия, Иран, Пакистан, Египет, Великобритания, Китай и Израиль, Помимо этого, финансовую, материальную и иную помощь "исламским повстанцам" оказывали и иные государства мира. Президент США Джимми Картер сделал усиление давления на СССР в связи с вводом советских войск на территорию ДРА главной доминантой своей внешней политики в последний год пребывания в Белом доме, в том числе, и объявив бойкот XXII летним Олимпийским играм в Москве в июле 1980 г. Следует однако подчеркнуть, что вариант бойкота московской Олимпиады рассматривался США даже без привязки к событиям в Афганистане еще июне 1978 г. [8]!

Одновременно Картер предоставил ЦРУ карт-бланш (свободу действий) на проведение тайных операций, включая создание, обучение, вооружение отрядов антикабульской «оппозиции» и активизацию их военных действий против советских военнослужащих Ограниченного контингента в Афганистане. Причем за голову или захваченный автомат Калашникова «шурави» моджахедам выдавались премии. Ведущую роль в организации боевой подготовки афганских "моджахедов" на территории Пакистана играли Межведомственное разведывательное управление (МРУ) Пакистана и резидентуры ЦРУ США в Исламабаде и Пешаваре. Помимо этого, британская СИС готовила "моджахедов"- инструкторов для «повстанческой борьбы» в Афганистане на ...секретных базах в Шотландии. ЦРУ также регулярно получало отчеты МИ-6 о подготовке афганских боевиков, а также об операциях британской разведки в самом Афганистане.

Активная помощь новому афганскому правительству оказывалась Советским Союзом как по партийной и дипломатической линиям, так и по линии КГБ, МВД и министерства обороны СССР. Афганские органы государственной безопасности получили новое наименование – Службы государственной информации ДРА (ХАД), руководителем которой стал врач по образованию Наджиб [9], а его заместителем – будущий министр госбезопасности Гулам Фарук Якуби. В январе 1980 г. КГБ СССР информировал Политбюро ЦК КПСС и ГРУ, что подготовка «моджахедов» («повстанцев») для вооруженной борьбы с новым кабульским правительством осуществлялась в 124 специальных учебных центрах на территории Пакистана и 18 – на территории Ирана. Для изучения обстановки на месте уже 12 февраля 1980 г. Петр Иванович вылетает в Афганистан (а всего до июля 1987 г. он более 10 раз побывал в этой стране). В Кабуле, стремясь глубже разобраться в складывающейся в этой стране обстановке, генерал Ивашутин беседует с послом Ф.А. Табеевым, советниками, военным атташе и советскими советниками афганской армии, резидентом КГБ, командирами частей Ограниченного контингента, посетил некоторые из них, беседуя с командирами и бойцами. Он установил хорошие взаимоотношения с начальником разведки афганской армии генералом Халилем.

Во время этой командировки в Кабул П.И. Ивашутин также встретился с начальником Особого отдела ОКСВА С.И. Божковым, от которого также заслушал доклад о ситуации в стране [10]. Генерал-лейтенант ФСБ России В.С. Христофоров, сам послуживший в Представительстве КГБ СССР в Кабуле, подчеркивал, что «с первых же дней советские войска в Афганистане стали объектом устремлений спецслужб как соседних Пакистана и Ирана, так и США и ряда европейских стран. Поэтому, создавая систему мер по обеспечению безопасности войск ОКСВ, органы военной контрразведки уделяли особое внимание организации борьбы с агентурной разведкой иностранных спецслужб и афганской оппозиции». Необходимо подчеркнуть, что только в 1980 г. военными контрразведчиками 40 Армии совместно с органами безопасности Афганистана были разоблачены 6 агентов спецслужб США, Франции, Ирана, Пакистана, а также задержаны свыше 30 участников бандформирований, готовивших диверсионные акции против частей ОКСВ. А всего за 9 лет в ДРА только военными контрразведчиками были выявлены 60 агентов западных разведок, более 900 агентов и пособников бандформирований «моджахедов»; предотвращены более 500 диверсионно-террористических акций против частей ОКСВА. Помимо этого, совместно с подразделениями Представительства КГБ в Кабуле, было раскрыто более 40 антиправительственных групп общей численностью до 250 участников, разоблачено 40 афганских военнослужащих, поддерживающих связи с антикабульскими группированиями.

Следует отметить, что только в 1981 – 1982 гг. 40 оперативных сотрудников особого отдела ОКСВА были удостоены государственных наград СССР. А всего в боевых операциях участие приняли 346 военных контрразведчиков, то есть почти весь личный состав особых отделов 40 Армии. Также именно к этому периоду относятся и первые попытки исламских"муджахетдинов" установить контакты с населением Среднеазиатских республик СССР и перенести подрывную деятельность против советских властей на территорию среднеазиатских республик. Межведомственное разведывательное управление Пакистана назвало эту программу, первоначально весьма скептически оцененную советниками из ЦРУ, «План М». Однако, вопреки прогнозам скептиков, программа «исламизации» центрально-азиатских республик СССР имела весьма трагические для их населения последствия. Ее результатами позднее станут кровопролитные столкновений в Таджикистане, Киргизии и Узбекистане уже после объявления о прекращении «существования СССР как субъекта международных отношений права и геополитической реальности» после подписания 8 декабря 1991 г. президентами Российской Федерации Б.Н. Ельциным и Украины Л.М. Кравчуком и председателем Верховного Совета Белоруссии С.С. Шушкевичем так называемых «беловежских соглашений». Видимо, тогда-то, после первого посещения Кабула, у Петра Ивановича и родилась мысль создать в Афганистане отдельный разведывательный центр для обеспечения действий 40-й армии. По возвращению в Москву все увиденное в Афганистане он обсудил с председателем КГБ СССР Ю.В. Андроповым, который посетил Кабул неделей ранее. И в дальнейшем рабочие контакты и обмены мнениями по «афганскому вопросу» между ними были постоянными. По результатам личной регокносцировки и изучения обстановки, Ивашутин поручил аналитическому управлению ГРУ подготовить развернутую докладную записку для руководства министерства обороны и Политбюро ЦК КПСС о возможных последствиях ввода советских войск в ДРА и перспективах конфронтации с международной коалицией, создаваемой США для поддержки антиправительственных повстанцев. По данным советской разведки, силы мятежников к лету 1980 г. насчитывали от 150 до 200 тысяч человек, наиболее воинственная часть
которых составляла около 70 тысяч, объединенных в 1 500 бандгрупп, руководимых жестко конкурировавшими между собой лидерами «исламских партий» Гульбеддином Хекматияром, Бурхануддином Раббани и Ахмад Шах Масудом, каждый из которых контролировал ту или иную часть территории Афганистана. Именно они, вопреки предсказаниям многих западных аналитиков, только в результате трех лет кровопролитной гражданской войны, в апреле 1992 г. смогли сломить сопротивление правительства ДРА, фактически оставленного президентом СССР М.С. Горбачевым «один на один» со спецслужбами и армиями наемников международной коалиции «друзей Афганистана». Афганская же правительственная армия в 1980 г. насчитывала от 180 до 200 тысяч военнослужащих. Однако не отличалась ни военной выучкой, ни высоким боевым духом. Скорее, наоборот – дезертирство было отнюдь не редким явлением в войсках. Понятно, что афганская тема требовала самого пристального внимания и КГБ СССР, и начальника ГРУ и в последующие годы.

В дальнейшем Петру Ивановичу приходилось еженедельно готовить по 3- 4 совершенно секретные записки в Политбюро ЦК КПСС о положении в мире в связи с событиями в Афганистане и их последствиями, а также о ситуации в самой этой стране.

1. Тараки Нур Мухаммад (1917-1979) афганский общественный, политический и государственный деятель, Генеральный секретарь ЦК НДПА в 1965 – 1967 и 1977 – 1979 гг., лидер фракции «Хальк», с апреля 1978 г. – по сентябрь 1978 г. – премьер-министр и председатель Революционного совета Афганистана.

2. Кармаль Бабрак (1929-1996), председатель Революционного Совета  ДРА в 1979 – 1986 гг. Член НДПА с 1966 г., возглавлял фракцию «Парчам». С 30 апреля 1978 г. – заместитель председателя Революционного совета Афганистана. Летом 1978 г. смещен с этого поста и отправлен послом в Чехословакию. Однако в конце того же года обвинен в заговоре. Остался в эмиграции. С 28 декабря 1979 г. – генеральный секретарь НДПА, председатель Революционного совета и премьер-министр Афганистана (до 1981 г).

3. Амин Хафизулла (1929-1979) государственный, политический и партийный деятель ДРА, член Политбюро ЦК НДПА (1978 – 1979). Некоторые зарубежные источники указывают, что в середине 50-х годов, обучаясь в Колумбийском университете США, начал сотрудничество с ЦРУ, которое не прекращалось и позднее. Бывший премьер-министр Афганистана Султан Али Кештманд в мемуарах «Политические записи и исторические события» писал, что эпоха Амина (сентябрь – декабрь 1979 г.) является пятном в истории Афганистана, что, взяв в свои руки все рычаги власти, он создал тоталитарный режим, продолживший массовые репрессии в стране».

4. Колесник Василий Васильевич (1935-2002), генерал-майор, Герой Советского Союза. В 1953 г., окончил Кавказское суворовское училище, с 1956 г. службу проходил в частях спецназначения ГРУ. В 1966 г. окончил Академию им. М.В. Фрунзе, командовал бригадой СпН, затем – в ГРУ. Руководил операцией «Шторм-333» по захвату дворца Амина. В 1982 г. окончил Академию Генерального штаба. Дальнейшую службу проходил в ГРУ. 21 июня 2017 г. одной из улиц Москвы недалеко от здания штаб-квартиры ГРУ было присвоено имя генерала В.В. Колесника.

5. Андогский А.И., Дроздов Ю.И., Курилов В.Н., Бахтурин С.Г. Афган, снова Афган… М., 2002, сс. 38-39.

6. КУОС – Курсы усовершенствования офицерского состава (1969–1992), тренировочные курсы КГБ по подготовке «разведчиков специального назначения» - командиров оперативно-разведывательных групп для действий в глубоком тылу противника в случае войны. На его базе в июле 1981 г. принимается решение о создании еще одного спецподразделения КГБ – Группы «Вымпел». КУОС вошел в Группу «Вымпел» на правах отдела. Были расформированы по решению политического руководства Российской Федерации в 1992 г.

7. Имеется ввиду широкомасштабное вмешательство вооруженных сил США (до 540 тысяч военнослужащих США, действовавших совместно с союзниками по СЕАТО – воинскими контингентами Южной Кореи, Австралии, Новой Зеландии, Тайваня, Тайланда и Филиппин) в гражданскую войну 1964 – 1975 гг., завершившееся полным поражением проамериканского режима в Южном Вьетнаме.

8. Подробнее см.: Хлобустов О. Парадокс Андропова: Был порядок! М., 2014, сс. 336-360. Также см.: Хлобустов О.М. Олимпиада – 80: неизвестная история. URL: http://samlib.ru/h/hlobustow_o_m/olimn830.shtml . (Дата обращения 21.12.2019 г.).

9. Наджиб – Наджибулла Мохаммад (1947-1996) афганский государственный и политический деятель, в 1980 – 1986 гг. руководитель Службы государственной безопасности; в 1986 – 1992 гг. – генеральный секретарь НДПА, в 1986 – 1987 гг. – председатель Революционного совета, а в 1987 – 1992 гг. – президент ДРА. После захвата Кабула отрядами «полевого командира» Ахмад Шах Масуда 28 апреля 1992 г. – укрылся на территории миссии ООН в Кабуле. 28 сентября 1996 г. казнен талибами, свергшими установившийся в Афганистане после падения НДПА режим.

10. Подробнее см.: Хлобустов О.М. Петр Ивашутин. Жизнь отдана разведке. М., 2016.


Поделитесь публикацией!


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.
Наверх