ПОИСК ПО САЙТУ


Ложь черносотенца о блокаде Ленинграда

Работница хлебозавода №61 им. А. Е. Бадаева Эмилия Чибор укладывает хлеб в ящики для отправки в магазин.
Фото С. Н. Струнникова


Автор: Олег Култаев, координатор Бессмертного полка в г.Силламяэ (Эстония)


26 января 2020 года журналист «Радио Свобода» Татьяна Вольтская опубликовала интервью с Николаем Савченко. 

Николай Савченко является пропагандистом и поклонником «белого движения», интервью с ним пронизано ненавистью к деятельности Советской власти при обороне Ленинграда. По словам Татьяны Вольтской, он что-то доказывает математическими методами, мол, если бы снабжение осажденного города было организовано иначе, смертей от голода во время блокады могло бы быть гораздо меньше. И тут мне послышался хруст французской булки... 

Со слов Николая Савченко, при обороне Ленинграда и снабжении города продовольствием, Советская власть сделала всё не так и, по сути, заморила городом жителей блокадного Ленинграда. По всей видимости, Николай Савченко является сильным управленцем и полководцем? Нет, он священник, окончивший Петербургский Политехнический университет, факультет технической кибернетики. 

Цитирую Николая Савченко:

В хлебе есть припек – связанная с мукой вода, в стандартном хлебе он составляет 32%, в блокадном хлебе декабря 1941 года он был доведен до 68% – то есть воды там было в 2 с лишним раза больше, чем по правилам.

Что за правила? Современные? Какие могут быть мирные правила и стандарты в условиях войны, а уж тем более - блокады? 

Знает ли Николай Савченко, что в течение всей блокады рецепт хлеба менялся в зависимости от того, какие ингредиенты были в наличии? Знает ли Николай Савченко, что припек зависит от влажности муки и её рода (ржаная, пшеничная и т.д.), выхода клейковины? Изучал ли Николай Савченко работу А.Д.Лебедева, профессора Саратовского Института народного хозяйства, «Припек ржаного хлеба», опубликованную в 1921 году? Профессор Лебедев доказывает расчётами, что средний припёк может быть нормой в пределах от 41 до 61%. Это в нормальных условиях производства и технологии первой половины XX века. Война, а тем более блокада, нормой точно никак не является и в данных условиях Советской властью было сделано всё возможное, что бы обеспечить хлебом всех жителей блокадного Ленинграда, включая его защитников. 

В январе 2020 года журнал «Наука и жизнь» пишет:

....Всего было использовано 10 рецептов. Весной 1943 года начали использовать муку с затопленных барж. Ее высушивали, а для избавления от затхлого запаха использовали природный ароматизатор – тмин. В пролежавшем какое-то время в воде мешке муки середина оставалась сухой, а по краям мука слипалась и при высушивании образовывала крепкую корку. Эту корку перемалывали и получавшуюся так называемую коревую муку добавляли в хлебную смесь. Блокадное кольцо замкнулось 8 сентября 1941 года. Через четыре дня, 12 сентября, сгорели Бадаевские склады, самое крупное хранилище продовольствия в городе. После пожара оказалось, что сырья для хлеба осталось на 35 дней. Хлебопеки тут же бросились искать заменители муки. «Вода, мука и молитва»,  – говорил о рецепте блокадного хлеба Плотников, человек, под руководством которого в Центральной лаборатории 1-го городского Треста хлебопечения и создавались рецепты блокадного хлеба. 

«Перед ленинградскими хлебопеками стояла задача обеспечивать хлебом не только население, но и бойцов Ленинградского фронта, – рассказывает Лина Ивановна Кузнецова, доктор технических наук, возглавляющая ныне Государственный научно-исследовательский институт хлебопекарной промышленности, Санкт-Петербургский филиал. – Требовалось найти заменитель ржаной и пшеничной муки, количество которой было ограничено. Такими заменителями стали овсяная, ячменная, кукурузная, соевая мука, хлопковый, кокосовый и подсолнечниковый жмых, отруби, рисовая мучка. Это все пищевые заменители, которые использовались, а были еще и непищевые, например гидроцеллюлоза, над созданием которой работали в НИИ Гидролизной промышленности.

125 грамм, самая минимальная дневная норма хлеба, продержалась с  20 ноября по 25 декабря 1941 года и привела к резкому скачку смертности от голода:  за декабрь 1941 года умерло около 50 тысяч человек. После 25 декабря 1941 года нормы были повышены до 350 граммов рабочим и до 200 граммов остальным жителям города.

Означает ли это, что руководители Советского государства сознательно морили голодом жителей Ленинграда? Конечно же нет, но именно к такому выводу подводит читателя Николай Савченко. 

Далее, Савченко пишет, цитирую:

....Кроме того, там было много целлюлозы, у нее калорийность 0%, эта добавка была чистой видимостью....

Калорийность измеряется в калориях на грамм, но никак не в процентах. Но, откуда батюшке-кибернетику об этом знать? Хотя, это изучают в 8 классе общеобразовательной школы на уроке физики. В реальности, 100 гр (целлюлозы) имеют калорийность 400 ккал. Для примера, глюкоза на 100 гр. - 385 ккал.

Была ли добавка целлюлозы чистой видимостью? Судите сами. 

Предложил использование в качестве пищевых добавок гидроцеллюлозу (во время блокады ее чаще называли пищевой целлюлозой) и белковые дрожжи Василий Иванович Шарков (1907–1974) — профессор, доктор технических наук, заведующий кафедрой гидролизных производств Ленинградской лесотехнической академии и заместитель директора Всесоюзного научно-исследовательского института гидролизной и сульфитно-спиртовой промышленности (ВНИИГС). Было ему тогда 34 года.

В. И. Шарков

Дмитрий Васильевич Павлов (уполномоченный ГКО по продовольственному снабжению войск Ленинградского фронта и населения Ленинграда с начала блокады города и до конца января 1942 года) в своей книге «Стойкость» писал так: 

«На эту муку мы возлагали большие надежды. Но как ее применение скажется на качестве хлеба, никто еще не знал. Трест хлебопечения получил задание использовать этот суррогат. Вскоре Н. А. Смирнов, он в это время возглавлял хлебопечение в городе, принес в Смольный буханку хлеба, выпеченную с примесью долгожданной целлюлозы. Это было событие. Собрались члены Военного совета, секретари горкома партии, ответственные работники Ленгорисполкома — всем хотелось знать, что же получилось. На вид хлеб был привлекательный, с румяной корочкой, а на вкус горьковато-травянистый.

— Сколько целлюлозной муки в хлебе? — спросил А. А. Кузнецов, тогда первый секретарь Ленинградского обкома и горкома партии.
— Десять процентов, — ответил Смирнов. Помолчав какое-то время, он сказал: — Этот суррогат хуже всех тех, что мы использовали ранее. Пищевая ценность целлюлозной муки крайне незначительна».

В самые тяжелые дни блокады содержание гидроцеллюлозы в хлебе доходило и до половины.

Хочу обратить внимание – незначительна пищевая ценность, а не калорийность! Пищевая ценность – содержание в пище белков, жиров и углеводов на сто граммов продукта. Калорийность продуктов (энергетическая ценность) – количество энергии, которое высвобождается в человеческом организме из поглощенной пищи в процессе пищеварения. Похоже, что Николай Савченко путает эти понятия. Сознательно? Если да, то это чистой воды манипуляция сознанием.

Но, «великий управленец и полководец» Савченко не унимается, он пишет: 

– Ещё очень важно знать, что у города было много возможностей накормить население – об этом не говорят никакие учебники. 

Что же это за возможности, известные только ему одному? Обратимся снова к статье, цитирую:

При дивизиях Ленинградского фронта в начале блокады состояло более 60 000 лошадей, благополучно переживших блокаду.

По мнению горе-исследователя, лошадям умирать не давали, кормили «...жмыхами и отрубями, которых не давали ленинградцам, из которых можно варить кашу, только на треть менее калорийную чем овсяная или пшеничная.»

Надо заметить, что 60 000 лошадей, это не породистые скакуны из конюшни олигарха, с которых сдувают пыль, откармливают и используют ради удовольствия и поддержания статуса. И в Красной армии, и в вермахте лошадей применяли и как транспортную силу, особенно в артиллерии. 


Именно упряжки в шесть лошадей всю войну без всяких жалоб и капризов тянули орудия, меняя огневые позиции батареи. Кавалерийские подразделения Красной армии громили врага. Так, на Юго-Западном фронте 28 июня 1941 г. в районе г. Дубно Ровенской области конники 76-го кавалерийского полка 14-й кавалерийской дивизии во взаимодействии с танкистами внезапно атаковали мотоколонну противника, которая двигалась без разведки и охранения, и разгромили ее. На Южном фронте успешно действовал 2-й кавкорпус под командованием генерала П. А. Белова. До начала июля он прикрывал государственную границу, не допуская врага к переправам через р. Прут. В середине июля части 5-й кавалерийской дивизии в конном строю нанесли поражение 50-й дивизии противника. 




«Стремительный марш в 80-100 километров за зимнюю ночь, а на рассвете налет на вражеский гарнизон, живший до этого тихо и спокойно... В условиях партизанской борьбы никакой двигатель, никакая машина не могут заменить коня. Во-первых, машина требует горючего, а корм для коня можно найти повсюду. Во-вторых, самый совершенный глушитель не может заглушить звук мотора, а на коне, обмотав копыта мешковиной, мы проходили в 50-100 метрах от вражеских гарнизонов совершенно бесшумно. В-третьих, для машины нужны дороги, а мы в условиях полнейшего бездорожья в метель, стужу и туман, когда не летали даже самолеты, совершали марши по 50-60 км за ночь»*.
 *(Ковпак С. А. Верный помощник партизан.- Коневодство.- 1958.- № П.- С. 9-17.)

Лошади-тяжеловозы без проблем буксировали даже огромные гаубицы!

Савченко предлагает не только оставить лошадей без корма, но и завезти их в Ленинград с целью убоя. Надо ли объяснять, что означала бы ликвидация конной тяги и боевого транспорта на фронте? Это был бы конец обороне, полная потеря Ленинграда, уничтожение населения и открытая дорога на Москву с северо-запада. И населению бы не помог и войну проиграл бы.

Далее, он пишет, что:

На самом деле в городе было достаточно хлеба, достаточно жмыха и отрубей, о которых обычно говорят мало, были овощи. Есть исследования, в которых приводятся цифры: в сентябре 1941 года в городе было около 80 тысяч тонн овощей, это капуста, свекла, морковь, кормовая свекла, картофель. 

Что это за исследования, на которые ссылается Савченко? Реальность была такова: муку достать было неоткуда — рабочие даже обметали стены и вскрывали половицы на складах, чтобы извлечь оттуда мучную пыль. По заданию Государственного комитета обороны был организован учет всех продовольственных запасов, как в гражданских организациях, так и в военном ведомстве. На 12 сентября результат был следующим: зерно, мука — на 35 суток; крупа и макароны — на 30 суток; мясо — на 33 суток. В городе практически не было запасов картофеля, овощей, фруктов. 

Но, по мнению Савченко, овощи в количестве 40 тысяч тонн съели некие избранные в столовых предприятий и некоторых заведений. Половину! Кто же эти избранные? Понимаете, к какому выводу подводит Савченко? 

В реальности, в тяжелом состоянии по снабжению продовольствием в 1941—1942 гг. оказались войска Ленинградского фронта. С 20 ноября 1941 г. по февраль 1942 г. суточный паек личного состава соединений первой линии составлял 2593 калории, а тыловых войск — 1605 калорий (в день каждый военнослужащий получал по 500 г хлеба, 125 г мяса, а тыловые — 300 г и 50 г соответственно). 

По мнению Савченко: 

Фронт вообще ни разу не допускал перебоев с мясом, жирами, сахаром и хлебом. Это очень важно знать – в самые тяжкие дни блокады, когда люди умирали тысячами каждый день, рядом с ними склады ломились от круп, жиров, мяса – 20-дневные запасы для фронта, этот запас не уменьшался никогда.....

Что же предлагает сей стратег? Что бы воюющего солдата от голода ветром сносило с поля боя? Чем ближе к фронту, тем лучше должно быть снабжение. Это аксиома! Мой отец, будучи ребёнком в большой сибирской семье, лепил пельмени для фронта, по 5000 штук за раз. И сами их не ели, всё для фронта, всё для победы.

И тут же Савченко задаётся вопросом:

Зачем Волховскому фронту 70 тысяч лошадей, которых можно перегнать в город и не дать никому в нём умереть?

Стоп! Выше в интервью он говорит о 60 тысячах лошадей. По его мнению, этот табун запросто было доставить в город. Бомбёжек и обстрелов ведь не было, вокруг луга с сочной травой, солдаты хрустят французской булкой.....Повторюсь, оставить фронт без тягловой силы – преступление. Такого руководителя в годы войны я лично расстрелял бы. Как подонка и предателя. Перед строем, показательно.



Поделитесь публикацией!


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.
Наверх