ПОИСК ПО САЙТУ


Всероссийская Октябрьская политическая стачка



Владимир Корнеев


Идея общей политической забастовки родилась в Англии в первой пол. XIX в. во время чартистского движения. В 1893 г. всеобщая забастовка рабочих Бельгии, выдвинувших требование о распространении избирательного права на всё мужское население страны, впервые ознаменовалась успехом пролетариата[1]. Однако, в нач. XX в. массовая политическая стачка в Европе не получила широкого распространения в силу спада накала революционной борьбы трудящихся.


В России начавшая в январе 1905 г. революция шла по нарастающей, в борьбу с политическим режимом включались национальные окраины, армия и флот, различные слои общества. Правительство отвечало репрессиями; организацией воинских карательных отрядов, арестами и ссылками, полным подавлением свободы слова, союзов, собраний, печати. Новым методом борьбы с революцией стала организация провокаций, т.е. целенаправленное натравливание одних групп населения на другие. При департаменте полиции активно работал отдел ротмистра Комиссарова, который в массовом порядке готовил и распространял провокаторские листовки и прокламации[2], следствием чего стали массовые еврейские погромы, разгон собраний интеллигенции и рабочего класса при помощи черносотенцев. К примеру, 10 (23) июля 1905 г. собравшиеся в Нижнем Новгороде на митинг в честь памяти павших товарищей в день «Кровавого воскресенья» рабочие подверглись нападению со стороны черносотенных банд, казаков и полиции; было убито 15 и ранено около 50 человек. В Балашове (Саратовская губ.) черносотенцы и казаки расправились с врачами, приехавшими на земский съезд[3]. Однако репрессии только усиливали сопротивление трудящихся.


В конце августа власть пошла на уступку: было объявлено о скором созыве законосовещательной Государственной думы. Известие об этом привело к определённому размежеванию в революционном и либеральном лагере революции. Большевики призвали к бойкоту Булыгинской думы и курсу на вооруженной восстание с целью образования временного революционного правительства[4]. Эсеры и левый фланг либерализма («Союз союзов»
  • ) присоединились к бойкоту. Либерально-монархическая буржуазия и меньшевистские лидеры выступили в поддержку Думы[5]. Общим, однако, стал рост революционных настроений. Как национальный позор было воспринято в русском обществе известие о поражении в русско-японской войне, что привело к падению авторитета самодержавной власти и дальнейшему росту оппозиционных настроений. В итоге, расширялся состав движущих сил революции, в него включались всё новые социальные группы. В частности, в конце августа царским указам университетам была предоставлена автономия, а студенты получили право на проведение сходок. В собраниях студентов стали участвовать самые различные слои города, а в борьбу за свои права включились даже семинаристы. 1 (14) октября Российское агентство сообщало из Харькова: «Воспитанники здешней семинарии, пригласив на сходку ректора и весь учебный персонал, огласили содержание направленной в Святейший Синод петиции относительно коренного изменения учебного и воспитательного строя семинарии»[6].


  • И всё же главной силой Октябрьской политической стачки стал российский пролетариат. С сентября 1905 г. центр революционной борьбы стал перемещаться в Центральный промышленный район. Начало новому этапу борьбы положили пролетарии Москвы. 19 сентября забастовали московские рабочие типографии Сытина, затем другие печатники. 23 сентября забастовали все 89 типографий города, охватившая почти 10 тыс. рабочих. Стачечники вышли на улицу, забастовку поддержали металлисты и текстильщики, к ним присоединились работники Миусского трамвайного парка и булочники. 24 сентября забастовали пекари, табачники и столяры. 25 сентября Московский комитет (МК) РСДРП обратился к рабочим Москвы с призывом ко всеобщей стачке. Многолюдные демонстрации рабочих проходили в центре Москвы, на Тверской улице, около дома генерал-губернатора. Войска пытались разогнать рабочих, но они стали оказывать сопротивление солдатам. Около булочной Филиппова казаки напали на подмастерьев-булочников, которые обороняясь, заняли чердак дома и крышу, защищаясь камнями и оружием. С обеих сторон появились убитые и раненые, арестовано было около 200 рабочих[7].


    Большую роль в организации Октябрьской стачки сыграли профессиональные союзы, создаваемые снизу, революционным творчеством масс, в различных отраслях промышленности. В период с 24 сентября по 7 октября (по старому стилю) в Москве прошла Первая Всероссийская конференция профессиональных союзов. Корреспондент С.-Петербургского телеграфного агентства сообщал из Москвы 4 (17) октября: «Собрание депутатов от рабочих типографского цеха, механического, столярного, других производств, приняло решение образовать общий совет рабочих всей Москвы. Далее собрание признало необходимым, чтобы депутатские собрания по профессиям и общий совет добивались открытого признания и права на гласное существование»[8]Так в борьбе рождались российские профсоюзы.
    Почин рабочих Москвы подхватили пролетарии других российских городов. В столице 4 и 5 октября вышли на улицу рабочие Семянниковского, Александровского и Обуховского заводов. В городе начались многотысячные демонстрации, проходившие под революционными лозунгами, имели место столкновения рабочих с войсками, не выходили газеты, не работал городской транспорт[9]


    Наибольшее значение в октябре имели действия железнодорожников. В начале октября известие об аресте профсоюзных делегатов[†] вновь созданного Всероссийского железнодорожного союза (ВЖС), находившегося под влиянием эсеров, привело руководство ВЖС к призыву начать политическую забастовку. Это решение было поддержано «Союзом союзов»[10]. 6 октября МК РСДРП призвал объявить всеобщую забастовку на железных дорогах. В Москве 7 октября забастовали рабочие главных мастерских Казанской железной дороги, которые избрали стачечный комитет во главе с большевиком А.И. Горчилиным. Этот день по праву считается началом Октябрьской политической стачки. Буржуазная газета «Новое время» сообщала об этом событии так: «… Громадные толпы забастовщиков, в числе около 7000 человек, направились к Николаевскому вокзалу… Забастовщики хотели было подойти к вокзалу, но войска взяли ружья на руку и обнажили шашки. Тогда забастовщики повернули к Крестовскому мосту. На пути они останавливали встречавшиеся им паровозы и выпускали из них пар, а паровозную прислугу разгоняли. Дойдя до Крестовского моста, где стоял под парами паровоз, забастовщики овладели им…


    Пущенный по запасным путям, паровоз прошел значительное расстояние и, ударившись в стоявшие у пакгауза вагоны, разбил их вдребезги… Сегодня прекратили движение и на Савеловской дороге. Таким образом, Москва оказалась отрезанной от внешнего мира»[11].
    С 7 по 10 октября стачка охватила все магистрали Московского узла. 8 и 9 октября объявили политическую стачку железнодорожники Тулы, Саратова, Нижнего Новгорода, Курска, Харькова, Вильно и др. городов. В Москве и С.-Петербурге с 11 по 15 октября прекратили работу торговые, коммунальные и др. предприятия. Забастовали учебные заведения города. Остановились трамваи и конки. Закрылись магазины. Вынуждены были прервать свои действия городские и земские управы, окружной суд и судебная палата, госбанк, различные коммерческие конторы. Прекратилось подача электричества и газа. Перестал работать водопровод. 


    Всеобщая политическая стачка рабочих Москвы и Петербурга дала толчок её распространению на другие города империи. 10 октября всеобщая стачка охватила Харьков, Екатеринослав, Саратов, 12-го – Челябинск, 13-го – Красноярск, Минск, Екатеринбург, Пермь, Ростов-на-Дону, 14-го – Иркутск, Читу, Киев, Тифлис, Ревель, 15 октября – Ригу. С 15 октября стачка охватила по сути дела всю страну. По неполным данным периодической печати того времени, из 71 губернии Европейской России, забастовочным движением было охвачено 66, что составляло 92,9% общего их числа[12]. Численность бастующих в ходе Октябрьской стачки в исторической литературе приводится разная (от 1 до 2 млн. чел.), но все историки сходятся в том, что по составу участников она имела общенародный характер. Во многих городах в октябрьские дня были закрыты школы, театры, магазины, не работал водопровод, отсутствовали освещение и телефонная связь, не выходили газеты. В тоже время, улицы были наполнены народом; всюду шли митинги и демонстрации, ораторы произносили речи, а в отдельных местах шёл сбор денег на вооружение[13]. 14 октября состоялось первое заседание Петербургского Совета рабочих депутатов, положившее начало созданию Советов в других городах страны.


    В ходе стачки выдвигались экономические требования (увеличение зарплаты, улучшение условий труда, установление 8-час. рабочего дня), причём рабочие явочным порядком сокращали продолжительность рабочего дня, создавали боевые профсоюзы, самостоятельно обеспечивали общественную безопасность. Но Октябрьские события имели ярко выраженный политический характер. Революционные и буржуазно-либеральные партии, общественные объединения и союзы, классы и различные социальные группы выдвигали требования о том или ином преобразовании государственного строя (ликвидация либо ограничение самодержавия, создание демократической республики, созыв Учредительного собрания). 


    Царское правительство пыталось силой навести порядок в стране, капиталисты применяли массовые локауты против рабочих. Для борьбы с забастовщиками и демонстрантами, помимо казаков и полиции, широко привлекались регулярные части армии и флота, а также черносотенные организации. Но рабочие, служащие, студенты, представители интеллигенции не раз смело вступали с ними в борьбу. 18 октября в Москве обрезком трубы был убит один из лидеров московских большевиков Николай Эрнестович Бауман. Сегодня в Сети буржуазные публицисты всячески пытаются очернить этого человека, но факт остаётся фактом. Николай Бауман был убит во время одиночной политической демонстрации, он первым подвергся нападению провокатора[14]. Черносотенцами были зверски убиты также большевики Ф.А. Афанасьев, О.М. Генкина и др. По некоторым, хотя и не проверенным сведениям, в 110 населённых пунктах было убито до 4 тыс. чел., ранено более 10 тыс. чел[15]. В ряде мест столкновения рабочих с войсками перерастали в уличные бои (Екатеринослав, Харьков, Одесса, Казань). По всем магистралям Сибирской и Забайкальской железной дороги рабочие стремились брать под свой контроль движение воинских эшелонов[16]


    Император Николай II считал происходящее в стране бунтом и сетовал на слабость соответствующих чиновников, не способных справиться с беспорядками. 19 октября он писал своей матери: «Тошно стало читать агентские телеграммы, только и были сведения о забастовках в учебных заведениях, аптеках и пр., об убийствах городовых, казаков и солдат, о разных беспорядках, волнениях и возмущениях. А господа министры, как мокрые курицы, собирались и рассуждали о том, как сделать объединение всех министерств, вместо того чтобы действовать решительно»[17]. Однако здравомыслящие чины правящего класса, как, например, председатель Совета министров С.Ю. Витте, считали иначе. В газете «Новое время» от 11 (24) октября приведена его речь, в которой, в частности, говорилось: «…Все, от мала до велика, поняли и почувствовали, что так жить, как мы жили до сих пор, дольше нельзя. Позор и унижение отечества воочию доказали, что царству произвола должен быть положен конец. Никакими репрессиями нельзя уничтожить это сознание и вытекающую из-него всеобщую жажду свободы и правды… Пусть не думают, что только одна интеллигенция так мыслит и этого желает. Пламенем свободы охвачено сердце народное»[18]. Ему вторил обозреватель «Нового времени», консервативный публицист М.О. Меньшиков: «…Неужели в самом деле нет иных, более разумных, более человеческих способов борьбы с бунтом? Если же есть эти способы, – их нужно спешить найти и теперь же, не откладывая ни дня, ни часа, вводить в жизнь.


    …Рабочие стачки, конечно, вызваны желанием улучшить личную судьбу, добиться большего обеспечения, но основная их причина – политическое недовольство. Смутное и темное, это недовольство приобретает тем более разрушительную силу, чем уже русло, по которому стремится. Какими-то маленькими, бессвязными мерами не остановить движения… Нужно очень серьезное и быстрое улучшение быта рабочих, и главное – нужно немедленное удовлетворение недовольства страны… Утолите общую, пламенную жажду нового, свободного, человеческого порядка, дайте не обещание, а то, что уже обещано, и страна стихнет»[19].


    Подавить всероссийское забастовочное движение репрессиями не удалось и тогда под давлением либеральных кругов при царском дворе Николай IIподписал 17 октября 1905 г. Манифест об усовершенствовании государственного порядка, в котором обещал «даровать» стране демократические свободы и созвать законодательную Государственную Думу. Это была первая победа революции!


  • «Союз союзов» — политическая организация либерально-буржуазной интеллигенции, оформившаяся в Москве в мае 1905 г. на первом съезде представителей 14 профессионально-политических союзов, созданных по профессиональному признаку: адвокатов, писателей, врачей, инженеров, учителей, агрономов, конторщиков, бухгалтеров и др. Выступал за созыв Учредительного собрания на основе всеобщего избирательного права. Распался к концу 1906 года.


  • [†] Историк Т. Шанин считает это известие ложным слухом.


    [1] См.: Исторический опыт трех российских революций. Кн.1. Генеральная репетиция Великого Октября: Первая буржуазно-демократическая революция в России /Ин-т марксизма-ленинизма при ЦК КПСС; Гл. ред.: П.А. Голуб и др. М., 1985. С. 546.
    [2] См.: Витте С.Ю. Избранные воспоминания, 1849-1911 гг. М., 1991. С. 562-563.
    [3] См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 11. С. 468, прим. 90.
    [4] Там же. С. 208.
    [5] См.: Ольштынский Л.И. Советское общество. История строительства социализма в России. Кн. 1. М., 2012. С. 40.
    [6] Цит. по: Кострикова Е. Г., Костриков С. П. Хроника революции 1905–1907 гг. События, факты, свидетельства, комментарии. Часть первая. 1905 г. – Псков, 2010. С. 137.
    [7] См.: Кострикова Е. Г., Костриков С. П. Хроника революции 1905–1907 гг. С. 138; Ионова Г.И. Революция 1905-1907 годов в России. М., 2005. С. 105; Исторический опыт трех российских революций. Кн.1. С. 159-160.
    [8] Цит. по: Кострикова Е. Г., Костриков С. П. Хроника революции 1905–1907 гг. С. 138.
    [9] См.: Исторический опыт трех российских революций. Кн.1. С. 160.
    [10] См.: Шанин Т. Революция как момент истины. Россия1905-1907 гг. → 1917-1922 гг. Пер. с англ. М., 1997. С. 84.
    [11] Цит. по: Кострикова Е. Г., Костриков С. П. Хроника революции 1905–1907 гг. С. 139.
    [12] См.: Исторический опыт трех российских революций. Кн.1. С. 162.
    [13] См.: История СССР (XIX начало XX в.): Учебник / Под ред. И.А. Федосова. М., 1981. С. 304-305.
    [15] См.: Октябрьская всероссийская политическая стачка URL.: https://colonelcassad.livejournal.com/1264513.html (дата обращения: 06.10.2020)
    [16] См.: Исторический опыт трех российских революций. Кн.1. С. 163.
    [17] Цит. по: Реформы в России с древнейших времён до конца XX в.: в 4 т. М., 2016. Т.3. С. 266.
    [18] Цит. по: Кострикова Е. Г., Костриков С. П. Хроника революции 1905–1907 гг. С. 142. 
    [19] Там же. С. 144-145.

    Кстати, все актуальные публикации Клуба КЛИО теперь в WhatsApp и Telegram

    подписывайтесь и будете в курсе. 



    Поделитесь публикацией!


    © Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.
    Наверх