ПОИСК ПО САЙТУ

Кантор Р. М.: Динамит «Народной воли»



Впервые в сети интернет 


Как только на Воронежском съезде народников, в июне 1879 г.‚ окончательно и в положительном смысле был решен вопрос о применении террора, как средства борьбы с самодержавием Александра II, вновь образовавшаяся партия «Народная Воля» в лице своего Исполнительного Комитета тотчас же приступила к устройству и оборудованию собственной динамитной мастерской. 

Производство динамита своими силами и средствами было одной из первоочередных задач, стоявших перед только-что сформировавшейся партией. Ибо, решившись на неравную и гигантскую борьбу с тиранией Александра II, народовольцы еще в самом начале своей деятельности, при детальном обсуждении вопроса о политическом терроре и, в частности, способов цареубийства, категорически отказались от методов единоличных покушений на царя, а, в целях более продуктивной борьбы, остановились на идее тщательно и широко организованных покушений с применением сильно действующих взрывчатых веществ и при непосредственном участии не одного-двух, а целой группы революционеров. Естественно, что для реализации подобной идеи партия нуждалась в собственной мастерской, которая способна была бы снабдить ее достаточным количеством доброкачественного динамита. 

Как известно, дело оборудования специальной мастерской и производства динамита на Воронежском съезде было поручено С. Г. Ширяеву, которому, судя по его словам, принадлежала мысль о применении при покушении именно динамита[1]. Получив в Воронеже первые пятьсот рублей, Ширяев отправился оттуда в Петербург, где он немедленно приступил к устройству мастерской, к изучению производства динамита и, недолго спустя, к самому производству. Квартира для этой цели была снята в Басковом переулке. Хозяевами конспиративной квартиры являлись народовольцы А. В. Якимова-Диковская и Г. П. Исаев[2]. Кроме названных, в квартире работали народовольцы Лубкин (более известен в литературе под именем наборщика Абрама), В. И. Иохельсон, Л. Н. Гартман и еще один-два человека[3]. В течение июля, августа и начала сентября 1879 г. силами и стараниями перечисленных лиц кустарным способом было изготовлено около 96 кг динамита[4]. 

Не полагаясь однако. на свою собственную технику, партия (в лице того же С. Г. Ширяева) в июле 1879 г. поручила А. И. Зунделевичу купить за границей около 90 кг. динамита и доставить его в Петербург, так как, с одной стороны. по словам С. Г. Ширяева, производство динамита в своей мастерской «оказалось довольно утомительным, опасным и медленным», и, с другой - готовый заграничный динамит стоил гораздо дешевле динамита собственного кустарного производства. 

Но в конце-концов к ноябрю 1879 г. «надежды на заграничный транспорт лопнули», А. И. Зунделевичем динамит из-за границы не был доставлен, а потому народовольцы при неудавшихся покушениях на цареубийство под Александровском и Одессой (17 ноября 1879 г.) и под Москвой (19 ноября 1879 г.) пользовались исключительно динамитом собственного производства, изготовленным летом 1879 г. под руководством С. Г. Ширяева в количестве около 96 кг. Из этого количества динамита 17 килогр., как известно, бесцельно погибли, будучи конфискованы властями при аресте народовольца Г. Д. Гольденберга 14 ноября 1879 г. на ст. Елисаветград. 

Что представлял собою кустарный динамит «Народной Воли»? Каково было качество динамита «Народной Воли», того динамита, который предназначался для первых покушений на Александра II и который был изготовлен в партийной мастерской техниками-народовольцами в первый период деятельности партии? Как отзывались о динамите компетентные эксперты? И, вообще, на каком уровне стояла народовольческая партийная техника в первые месяцы существования партии? 

В литературе о «Народной Воле» почти нет авторитетных документов и материалов (если не считать совершенно отрывочных сведений, вкрапленных в обвинительные акты по народовольческим процессам), которые дали бы более или менее исчерпывающие ответы на поставленные вопросы и которые наглядно характеризовали бы качество партийной техники «Народной Воли». Большинство писавших или публиковавших архивные материалы о «Народной Воле» обходили как-то вопрос о качестве партийной техники. Между тем для истории «Народной Воли» он одинаково, если не более, важен на ряду с другими вопросами ее истории, разработанными и разрабатываемыми в печати. 

К оценке значения народовольческого динамита необходимо подойти с двух сторон. Во-первых, любопытно вообще знать (для суждения о технике «Народной Воли»), каково было его качество. А во-вторых, — и это наиболее существенно, — динамит, тот первый кустарный народовольческий динамит, который был приготовлен летом 1879 г. в Петербурге под руководством С. Г. Ширяева и часть которого была конфискована при аресте Г. Д. Гольденберга, сыграл громадную, почти решающую роль в отношениях правительства к неуловимой партии, он определил направление и характер розысков, жандармских дознаний и предварительных судебных следствий по первым народовольческим делам, это он, динамит, сыграл роковую роль в трагической комедии , разыгранной в Одессе с арестованным Г. Д. Гольденбергом, он понуждал жандармов, прокуратуру и прочих представителей власти идти на все, чтобы только заставить Г. Д. Гольденберга дать откровенные показания, и т. д. И вот почему: 

«Народная Воля» образовалась и приступила к организационной работе летом 1879 г. Смертный приговор Александру II партия вынесла 26 августа 1879 г. В течение ближайших, следовавших за образованием партии, месяцев, до начала ноября 1879 г. включительно, «Народная Воля» внешне проявила себя единственно выпуском первых двух номеров своей газеты. Из этих газет правительство узнало о расколе «Земли и Воли» и о возникновении новой партии, которая, судя по пространным обзорам внутреннего положения страны, помещенным в первых двух номерах «Народной Воли», меняла свою тактику по отношению к власти. А об остальном правительство в продолжении трех месяцев оставалось в полном неведении. Не говоря уже о практических шагах «Народной Воли», даже ее программные задачи и цели вплоть до ноября 1879 г. оставались тайной для властей (программа партии, как известно, с незначительными сокращениями была опубликована только в № 3 «Народной Воли» уже после Московского взрыва). 

14 ноября 1879 г. на станции Елисаветград арестовывают Г. Д. Гольденберга 
под именем почетного гражданина города Тулы Степана Петрова Ефремова. При нем находят 17 килогр. динамита. Эта находка — первая улика против арестованного и первая же улика против партии, членом которой арестованный объявил себя тут же на вокзале[5]. 

До поры до времени Гольденберг хранил молчание. Цели партии и ее ближайшие практические планы продолжали, вследствие отказа Гольденберга от показаний, оставаться тайной для властей. Но сейчас, непосредственно после ареста последнего, эта тайна весьма интриговала и озадачивала представителей власти. Ибо, если конфискованный динамит является уликой против арестованного и партии, членом которой он состоит, то этот же динамит — явная и серьезная угроза правительству. То была первая существенная угроза правительству, угроза не на словах, а на деле, угроза веским «вещественным доказательством». 

Характерно, что уже на следующий день, 15 ноября 1879 г., на первой телеграмме начальника елисаветградского отделения киевского жандармского полицейского управления железных дорог майора Пальшау с самым кратким и неопределенным сообщением об аресте Ефремова-Гольденберга и об обнаружении у него взрывчатого вещества шеф жандармом А. Р. Дрентельн пометил: «Не к проезду ли императорского поезда он готовил?»....[6]. 

Жандармское чутье на сей раз не обмануло опытного сыщика А. Р. Дрентельна. Конфискованный у Гольденберга динамит предназначался действительно для взрыва под Москвой полотна московско-курской железной дороги во время проезда императорского поезда из Ливадии. 

Сам шеф жандармов, таким образом, первый воспринял и понял угрозу. 

Арест Гольденберга и гибель находившегося при нем динамита не предотвратили, однако, московского покушения. Через несколько дней, 19 ноября 1879 г., полотно московско-курской железной дороги было взорвано. Правда, покушение оказалось неудачным, царь обманул ожидания народовольцев, проследовав немного раньше взрыва в другом (одном из трех) литерном поезде, но моральное и угрожающее значение это неудавшееся покушение имело колоссальное, и здорово било оно по нервам жандармов. 

Еще через несколько дней появилась прокламация Исполнительного Комитета от 23 ноября по поводу покушения под Москвой. Эта прокламация устами самого Исполнительного Комитета подтверждала его прикосновенность и заинтересованность в событии 19 ноября 1879 г. Она явилась первым партийным документом, который приоткрыл несколько перед правительством завесу над таинственными практическими планами «Народной Воли». Сейчас только, опять-таки post factum, правительство узрело, что новая партия вступила на путь отчаянной вооруженной борьбы с ним, требующей сплоченной и сильной организации. 

Мы вплотную подошли к народовольческому динамиту. 

В те тревожные для охранки дни только конфискованный у Г. Д. Гольденберга динамит мог служить показателем силы и организованности партии. 

В руках властей был Гольденберг. Но он, ведь, стал разоблачать формально в марте 1880 г. Кое-что от него, правда, узнавали уже через Ф. Курицына в начале декабря 1879 г., но то было, во-первых, «кое-что», и, во-вторых, его показания явились уже следствием тонкого полицейского нажима, вызванного, именно, обстоятельством обнаружения динамита и применения его при московском взрыве. 

Вслед за Гольденбергом были арестованы народовольцы А. Квятковский (24 ноября 1879 г.), С. Мартыновский и С. Г. Ширяев (4 декабря 1879 г.), но они, как и Гольденберг, хранили тогда молчание на допросах, а стали осторожно давать показания о партийной работе только после предательских разоблачений Гольденберга и, главным образом, в противовес последним. 

Наисерьезнейшей уликой, наиболее важным «вещественным доказательством» в конце ноября 1879 г.— начале декабря т. г. служил динамит. Правительство располагало хорошим образцом динамита, в виде 17 килогр., конфискованных у Гольденберга, и имело перед собой ошеломляющий факт взрыва динамитом полотна железной дороги. 

Сам собой напрашивался тогда вопрос—собственного ли производства этот динамит или покупной? Каково его качество, действие, каков его удельный вес? Способна ли партия и впредь на что-либо серьезное, исключительное? И т. п. 

Все сомнения разрешила тогда компетентная экспертиза обнаруженного у Гольденберга динамита. Экспертиза выявила качество кустарного народовольческого динамита, она дала оценку партийной технике «Народной Воли» первого периода, первых организационных месяцев ее существования, и она же оставила для истории официальные документы, которые дают необходимое наглядное представление о динамите «Народной Воли». 

К этим документам мы сейчас и переходим. 

Прежде всего, несколько слов о том, как динамит перевозился из Одессы в Москву, т.-е. об упаковке его. Упаковка такого вещества, как динамит, требует, как само производство его, специальных знаний, умения и опыта. 

Мы имеем об этом сообщение упомянутого жандармского майора Пальшау, который в день ареста Гольденберга одним из первых осматривал багаж последнего. В соответственном рапорте его III отделению, датированном 17 ноября 1879 г., находим следующее описание внешнего вида динамита: 

«Я приступил,—- пишет Пальшау,— к осмотру чемодана, находившегося в багаже [Г. Д. Гольденберга]. По осмотре оказалось: чемодан три четверти аршина длины и поларшина вышины, ручной, в котором самым тщательным образом были обернуты в вату, газетную бумагу и ветошь шесть плоских металлических коробок и три высоких - таких же. Каждая коробка обшита черной смоляной клеенкой, затем обтянуты бумажным белым полотном, а одна даже солдатским подкладочным холстом, с таким расчетом; чтобы не допускать в них воздух. Укупорка наводит на мысль, что все коробки были сфабрикованы, вероятно, в Одессе, откуда Ефремов [т.-е. Гольденберг] приехал, но специальными руками. Коробка в теплой комнате издавала такой запах, что я [майор Пальшау] и многие присутствовавшие страшно угорели. По чрезвычайно осторожном вскрытии первой коробки мы увидели в ней какую-то густую, сальную массу бело-желтого цвета, залитую стеарином. Взятый крошечный комочек, при поднесении к нему горящей спички, воспламенился и с треском и шипеньем горел белосиневатым огнем. Вся мягкая укупорка коробок, повидимому, имела целью предохранить коробки от малейшего толчка и сотрясения. Затем приступлено было к осмотру разного ручного багажа, состоявшего из ручного саквояжа и рогожного кулька, по осмотре которых оказалось: в саквояже, в одном отделении, лежало еще три ящика таких же точно, как вышеописано, с тем же веществом и также тщательно упакованных — всего, следовательно,12 ящиков или коробок»[7]. 

В тот же день, 14 ноября 1879 г., взрывчатое вещество было подвергнуто пробному поверхностному анализу в елисаветградском реальном училище. Об этом дилетанском анализе в том же рапорте майора Пальшау, именующего его серьезно «подробным и продолжительным анализом», имеется такой отзыв: 

«...Взяв с собою два ящика, т.-е. коробки, [я] отправился с прокурором в реальную гимназию (sic!), где, в присутствии директора, по просьбе моей и прокурора, химики подвергли состав подробному и продолжительному анализу. Результатом анализа выяснилось, что состав, находившийся в обеих коробках, оказался нитроглицерином, смешанным для удобства перевозки с магнезией. Когда из крошечного комочка была отделена магнезия, то оставался чистый нитроглицерин. Добытая затем одна крошечная капля чистого нитроглицерина было положена на наковальню, по которой был произведен удар. От удара по этой капле задрожало здание, и раздался как бы пушечный грохот. После чего я немедленно отправил все 12 ящиков нитроглицерина, наперед бережно уложив своими руками в прочный ящик, на имя командира 7-го гусарского белорусского полка для хранения в пороховом погребе»[8]. 

Нетрудно представить себе тот серьезный испуг, которым охвачены были все присутствовавшие при экспертизе нитроглицерина в Елисаветграде. И одновременно испуг этот -— словно электрическим током —- передавался дальше и выше, столичным жандармам Динамит заряжал полицейскую атмосферу, он сгущал тучи... 

На рапорте жандармского майора Пальшау шеф жандармов А. Р. Дрентельн написал: «Чтобы нитроглицерин не наделал бед в гусарском погребе, надо составить акт и уничтожить взрывчатое вещество». 

30 ноября 1879 г. весь динамит, хранившийся в пороховом погребе 7 гусарского белорусского полка, был уничтожен в Елисаветграде специально для этой цели туда командированным заведывающим подводными минами в портах Черного моря полковником Афанасьевым. Препровождая одесскому генерал-губернатору графу Тотлебену копию протокола об уничтожении взрывчатого вещества, полковник Афанасьев в особом сопроводительном письме от 3 декабря 1879 года (за № 1265) счел уместным и необходимым подробно высказать графу Тотлебену свое мнение (которое сейчас представляет для нас существенный интерес) об уничтоженном динамите: 

«Представляя при сем копию с протокола об уничтожении этого взрывчатого состава , — писал полковник Афанасьев, — считаю своим долгом доложить вашему сиятельству: 

1) Уничтоженный мною взрывчатый состав принадлежит к разряду динамитов, совершенно своеобразного типа. Все динамиты, сколько мне известно, имеют вид плотной или порошкообразной массы, тогда как означенный динамит по состоянию своему представляет мягкое тело, весьма похожее на свечное сало или сыр. 

Отличительные свойства динамитов при их хранении — саморазложение и кристаллизация. Саморазложение обнаруживается в них выделением нитроглицерина и происходит от времени и недостаточно тщательной обработки, а также от невполне чистых материалов, употребленных в дело. 

Кристаллизация обуславливается непосредственно температурой. Все динамиты начитают кристаллизироваться в большей или меньшей степени при температуре 6° и в этом состоянии, а тем более при температуре более низкой, признаются весьма опасными для обращения. Уничтоженный динамит найден в состоянии неокисленном, что служит прямым доказательством, что он был приготовлен весьма недавно. Отсутствие же в нем кристаллизации, когда времени уничтожения его предшествовали морозы до 15°, а в день уничтожения температура была 5°, указывает, что в него введено вещество, недопускающее кристаллизации (бензин или нитро-бензин). Если последнее предположение подтвердится при химическом анализе над кусочком этого состава, привезенным мною, то это покажет, что динамит этот был приготовлен людьми. знакомыми с технической стороной этого производства. 

2) Цвет уничтоженного динамита — сероватый, беловатый и желтоватый, т.-е. различные куски его имели различные цвета или различные оттенки. Так, к массе беловатой прилеплен кусок синеватого цвета. Эта неоднородность, в связи с неодинаковой плотностью, показывает, что динамит этот был приготовлен не одновременно, а постепенно, частями, и, весьма возможно, различными лицами. Последнее, впрочем, условно, так как различная плотность и цвет динамита может зависеть и не от вполне одинакового достоинства материалов, употребленных при изготовлении нитроглицерина. 

Вышеупомянутых цветов динамита мне не приходилось встречать, и хотя в Австрии существует так- называемый белый динамит, но, по составным частям его, он должен представлять плотную массу. Между тем, описываемый динамит, имея беловатый цвет, представляет собою массу мягкого вида, а самые составные его части совершенно другие, чем в белом австрийском динамите. 

3) Запах описываемого динамита слишком характерен и действует на головной мозг несравненно быстрее, чем динамиты, употребление которых известно. Тяжелый запах в нем есть признак недостаточно чистой промывки нитроглицерина и не вполне чистых продуктов, взятых на его приготовление. Присутствие столь сильного запаха в нем, вероятно, побудило к столь герметичной укупорке жестяных коробок. 

4) Весь означенный динамит сожжен. Процесс горения его сопровождался явлениями совершенно тождественными с горением нитроглицерина или динамита. По сгорании оставалась белая ноздреватая масса — состава углекислой магнезии. В этом случае выбор магнезии, как поглотителя, был сделан обдуманно, так как магнезия как тело рыхлое и наиболее легкое, могла принять нитроглицерин в большой пропорции. 

5) Взрывчатое свойство этого динамита подтвердилось взрывом, произведенным мною над частью его при помощи гремучего капсюля. При этом произошел моментальный взрыв при сильном ударе, в равной мере оглушительном, как бывает при взрыве нитроглицерина и существующих динамитов. 

6) Чтобы определить точно составные его части, т.-е. произвести качественный и количественный химический анализ, кусок этого динамита в 30 золотников привезен мною в Одессу и препровожден начальнику жандармского управления города Одессы для исследования этого динамита при Новороссийском университете профессором Вериго. 

7) Свойство и состояние этого динамита, способ его укладки и укупорки не имеет малейших признаков фабричного производства. 

А так как приготовление нитроглицерина и динамита в размере 42 фунтов не требует особенно специального для этого помещения, не вызывает за собой сложных приборов, составные же части, входящие в взрывчатые составы, могут быть приобретаемы легко, процесс же приготовления их не требует особенно специальной подготовки и может быть произведен даже при поверхностном знании химии, но только под руководством имеющихся в продаже сочинений о взрывчатых составах, то все это приводит меня к убеждению, что уничтоженный мною динамит есть продукт внутреннего, а не заграничного производства»[9]. 

Не станем приводить протокола об уничтожении в Елисаветграде динамита, конфискованного у Гольденберга. Протокол этот не прибавляет ничего нового и существенного к словам Афанасьева. 

Есть еще другой документ, который значительно дополняет рапорт Афанасьева и который дает еще более авторитетное заключение о технике «Народной Воли». Это — документ о качественном и количественном анализе. Привезенные из Елисаветграда полковником Афанасьевым около 150 гр. динамита были 5 декабря 1879 г. подвергнуты в Одессе профессором химии Вериго точному количественному и качественному анализу. Анализ этот выявил те стороны и качества первого кустарного народовольческого динамита, которые не мог подметить невооруженным глазом полковник Афанасьев. А в некоторых пунктах научный анализ разошелся во взглядах с полковником Афанасьевым и дал более правильную и более углубленную оценку качеству динамита. Вот официальный протокол окончательной и научной экспертизы: 

«Мы, нижеподписавшиеся, заведующий подводными минами в портах Черного моря полковник Афанасьев и 7-го саперного батальона штабс-капитан Мгебров присутствовали при производстве профессором императорского новороссийского университета статским советником Вериго количественного и качественного анализа над взрывчатым составом, в количестве до 30 золотников, присланном начальником жандармского управления гор. Одессы, из количества взрывчатого состава, хранившегося в гор. Елисаветграде в пороховом погребе 7-го гусарского белорусского полка и уничтоженного по приказанию его сиятельства временного одесского генерал-губернатора, при чем оказалось: 

1) Вещество это имело вид белой однородной массы, весьма жирной .наощупь; масса эта была завернута в свинцовый лист. 

2) Качественное исследование показало, что вещество это состоит из нитроглицерина, углекислой магнезии и небольшого количества метилового алкоголя (древесного спирта). 

3) Количественный анализ дал следующий результат: из 15,0716 граммов взрывчатого состава извлек 10,48 граммов нитроглицерина, обладавшего после отгонки при низкой температуре эфира весьма ясным запахом древесного спирта. При нагревании выделенного нитроглицерина, в количестве вышеупомянутом, т.-е. 10,48 граммов, при температуре кипения воды в течение 1/4 часа произошла потеря в его весе на 0,1 грамма. 

4) За выделением из 15,0716 взрывчатого состава 10,38 граммов нитроглицерина осталось нерастворимого в эфире белого, рыхлого, легкого вещества в количестве 4,4975 граммов, вес которого после высушивания при 100° уменьшился до 4,435 граммов. Вещество это оказалось углекислой магнезией Из этого вытекает, что количественный состав взрывчатого вещества выражается следующим образом: в 15,0716 граммах взрывчатого вещества содержится 10,38 граммов нитроглицерина, 4,435 граммов углекислой магнезии и 0,2566 граммов метилового алкоголя и влаги. Процентное же содержание выражается в следующих цифрах: нитроглицерина 68,8%, углекислой магнезии 29,5% и метилового алкоголя 1,7%. 

5) Приготовив для сравнительного опыта незначительную долю нитроглицерина, нашли, что он совершенно без запаха, тогда как нитроглицерин, выделенный из доставленного взрывчатого вещества, обладает сильным запахом метилового алкоголя. Примесь этого алкоголя была сделана с целью уменьшить вероятность взрыва от случайных обстоятельств и с целью по возможности устранить его кристаллизацию от понижение температуры. 

6) Такого рода взрывчатое вещество могло быть приготовлено повсюду из материалов, которые могут быть добыты в любом городе, и людьми, обладающими небольшим запасом технических сведений по имеющимся для приготовления взрывчатого вещества рецептами. 

7) Это взрывчатое вещество следует отнести к разряду сильных динамитов, который не производится в технических размерах по дороговизне углекислой магнезии этого высокого достоинства. 

Заведующий подводными минами в портах Черного моря полковник Афанасьев,7-го саперного батальона штабс-капитан Мгебров и ординарный профессор по кафедре химии при императорском новороссийском университете Александр Вериго (подписи)»[10]. 
 
Приведенные документы вводят нас в «святую святых» первой народовольческой динамитной мастерской. 

Они впервые расшифровывают рецепты С. Г. Ширяева, дают точное и научное освещение деятельности кустарной динамитной мастерской, знакомят нас с ответственной, рискованной, но весьма, умелой черной работой народовольцев, и, наконец, объективное заключение официальных, но в данном случае, по-видимому, вполне компетентных экспертов воздает должную оценку незаурядным способностям первых техников Исполнительного Комитета «Народной Воли». 

К чему сводилось, главным образом, значение экспертизы тогда, в ноябре-декабре 1879 г.? О чем тогда свидетельствовала она? Что доказала она правительству? 

Экспертиза тогда доказала следующее: 

во-первых, что динамит, конфискованный у Г. Д. Гольденберга, является продуктом, именно, внутреннего, кустарного производства; 

во-вторых, что динамит этот, несмотря на его кустарное происхождение, высокого качества, что удельный вес его в ряду однородных динамитов значителен; 

в-третьих, что он принадлежит к разряду сильно-действующих веществ, к разряду тех сильных динамитов, которые не «производятся в технических размерах по дороговизне углекислой магнезии этого высокого достоинства», и, 

в-четвертых, что динамит приготовлен умелыми и способными руками знающими дело и понимающими людьми. 

А отсюда для властей вытекал простой, но многозначащий в то время вывод, что партия, членом которой состоит Г. Д. Гольденберг и которая за несколько дней до того осуществила взрыв полотна московско-курской железной дороги, обладает хорошо поставленной техникой, недурной динамитной мастерской и всеми другими необходимыми средствами для успешной террористической борьбы с правительством. 

Качество динамита в те дни явно доказывало, что новая партия сильна и что она умело владеет оружием. И потому-то динамит оказал большое влияние на характер и направление первых предварительных дознаний по народовольческим делам и, в частности, явился первым и главным толчком к тому, чтобы теми или иными путями заставить арестованного и упорствовавшего в молчании Гольденберга давать откровенные показания 

Одно дело было на словах, хотя бы и печатно, в подпольных своих .изданиях, грозить террором. От слов, даже зафиксированных печатным станком, правительство не приходило в неистовство. Иное впечатление вызывал динамит. То была угроза действием. Правительство лицом к лицу столкнулось с реальной угрозой, с силой, взрывающей на воздух императорские поезда. 

Динамит зловеще предостерегал, он внятно говорил о силе и настроении новой партии 

К прекрасному качеству динамита, изготовленного в подпольной мастерской, власти, понятно не могли отнестись равнодушно... И они поэтому нажимали там, где нажим был более или менее возможен. 



1 См. опубликованную нами автобиографическую записку С. Г. Ширяева («Красный архив», 1924 г., т. VII, стр. 93) 

2 Впервые производство динамита была налажено еще в мае 1879 г. . дезорганизаторской группой общества «Земля и воля»; производилось оно в небольших количествах на квартире в Басковом переулке, где хозяевами были Ст. Ширяев и А. В. Якимова. После первых удачных опытов было решено расширить производство. Для этого, по инициативе группы «Свобода или Смерть», была организована новая квартира в Троицком переулке (у Пяти углов), хозяевами которой были те же Ширяев и Якимова. После липецкого с'езда эта квартира была ликвидирована, и производство динамита было перенесено в квартиру на углу Невского и 1 улицы Песков. где хозяевами были Г. Исаев и Якимова (прим.А. В. Якимовой) 

3 Об этой динамитной мастерской, кроме указанной автобиографической записки С. Г. Ширяева (стр.93-95), см. воспоминания В. И. Иохельсона Первые дни «Народной Воли» (П., 1922, изд. Музея Революции, стр. 7-8) и В. Н. Фигнер «Шлиссельбургские узники» (М., 1920, изд. «Задруга», очерк о Г. П. Исаеве). 

4 Приблизительно о 96 кг. говорит в своей записке С. Г. Ширяев. То же количество указано и в «Обзоре важнейших дознаний по делам о государственных преступлениях производившихся в жандармских управлениях империи, за время с 1 июля по 1 октября 1881 г » (стр. 6). 

5 О Г. Д. Гольденберге см. мою заметку «Два письма Гр. Гольденбергу из Трубецкого бастиона» («Каторга и ссылка», 1923 г., № 6, стр. 139-147). 

6 Дело III отд. собствен. его величества канцелярии, III эксп., 1879 г., № 669, ч. 1, л. 1 

7 Дело III отдел, собств. его величества канцелярии, III экспед., № 668, ч. 1, 1879 год, л. 16 

8 То же дело. л. л. 18-!9. 

9 То же дело, л. л. 49-52. 

10 То же дело, л. л. 56-57. 

Источник: Кантор Р. М. Динамит «Народной воли» // Каторга и ссылка. 1929 . № 8–9 (57–58). С. 118-128. 



Клуб левых историков и обществоведов (КЛИО) проводит 

12 - 13 июня в Москве конференцию, 

посвящённую юбилею создания 

революционной организации Народная воля в 1879 году. 


В конференции предусматривается участие: 

Владислава Якимовича Гросула - главного научного сотрудника ИРИ РАН, доктора исторических наук, профессора; 

Ярослава Викторовича Леонтьева - доктора исторических наук, профессора Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова. 

Константина Викторовича Сёмина - российского журналиста, автора и ведущего проекта «АгитБлог» https://agitblog.ru/

Александра Ивановича Колпакиди - историка-спецслужб, главного редактора издательства «Алгоритм»; 

Евгения Юрьевича Спицына - историка, педагога, публициста, общественного деятеля, советника ректора Московского педагогического государственного университета; 

Ольги Алексеевны Кононовой - политолога, аспиранта МГУ имени М.В. Ломоносова. 

Максима Леонардовича Шевченко - журналиста, телеведущего и общественного деятеля, 

а также других ведущих историков, публицистов, блогеров 

В наше время олигархическая власть всячески замалчивает деятельность Народной воли, а расплодившиеся под ее крылом всевозможные мракобесы и новоявленные черносотенцы в союзе с либералами всячески поносят и извращают борьбу этих героических людей за свободное развитие нашего народа. Революционеры Михайлов, Кибальчич, Желябов и Перовская отдали самое дорогое что у них было - свои жизни за прогресс и процветание русского народа, развитие и величие своей Родины. 

Подробнее о конференции



Поделитесь публикацией!


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Для подписки на новости сайта введите свой e-mail:

Доставка через FeedBurner

Наверх