ПОИСК ПО САЙТУ


Ю.В. Андропов как публичный политик


Олег Хлобустов

переработанное для КЛИО издание (печаталось // Исторические чтения на ул. Андропова, 5. История органов безопасности. Материалы V международной научной конференции. Петрозаводск, 2014, сс. 8 — 21.) Позиция автора может не совпадать с позицией издательства.  

Юрий Владимирович Андропов (1914 - 2014) с полным правом принадлежит к числу выдающихся политических и государственных деятелей ХХ века. Подлинным историческим и социально-психологическим феноменом стала констатация в апреле 2006 г. социологической службой Левада-Центр того факта, что Юрий Владимирович Андропов воспринимался современниками как лучший руководитель нашей страны в ХХ веке!  В чем же секрет этого парадоксального феномена, учитывая тот объективный факт, что Андропов руководил нашей страной менее 15 месяцев? [1].

Разгадка этого феномена, на наш взгляд, заключена в незаурядной личности Ю.В. Андропова, в его жизни и в его служении своей стране и ее народу. Под "публичностью" политики Ю.В. Андропова мы имеем ввиду не только его выступления - юбилейные, программные, инструктивные и др. перед различными аудиториями [2], но и непосредственное личное участие, на что обращалось недостаточное внимание его биографами [3], в работе различных государственных органов, в решение наиболее актуальных для жизни страны проблем. Сам же Юрий Владимирович выражал надежду на то, что "когда-то, наверное, будет написана исчерпывающая история нашей эпохи" [4]. В этой связи автор видит свою задачу в том, чтобы осветить некоторые малоизвестные страницы биографии Председателя Президиума Верховного Совета СССР и  Генерального секретаря Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза Ю.В. Андропова.

Одиннадцать лет, с июня 1940 г.  по июнь 1951 г. в Карелии на постах первого секретаря республиканского ЦК комсомола, затем секретаря Петрозаводского комитета ВКП(б), второго секретаря ЦК компартии республики, шло его становление как политического деятеля республиканского уровня [5]. Самой сильной чертой личности Андропова, писал Ф.М. Бурлацкий, сохранивший чувство глубокого уважения к своему бывшему патрону, "была деловитость, умноженная на острое видение политической стороны  любой проблемы...  Он умел при случае произнести четкую,  яркую речь, но делал это крайне редко.  Он больше всего  дорожил  практическими решениями и  тщательно контролировал,  чтобы все делалось так,  как было задумано и принято.  Организационный талант, вероятно, составлял главную особенность этого лидера нашей страны" [6].

В годы Великой Отечественной войны, помимо руководства комсомольскими организациями республики, Ю.В. Андропов курировал организацию комсомольских подпольных групп и партизанских отрядов на территории, временно оккупированной финскими войсками, имея псевдоним «Могикан». В апреле 1943 г. секретарю ЦК ЛКСМ Карелии Андропову была направлена телеграмма Председателя Государственного комитета обороны И.В. Сталина с благодарностью молодежи республики за сбор средств для Красной Армии [7]. А в конце 1943 г. первый секретарь ЦК ВЛКСМ Н.А. Михайлов просил согласия Оргбюро ЦК ВКП(б) перевести Андропова на пост первого секретаря комсомола Украины, однако секретарь ЦК КП КФССР Г.Н. Куприянов согласия на этот перевод не дал.

В 1951 - 1953 годах Ю.В. Андропов работал в аппарате ЦК ВКП(б)-КПСС под непосредственным руководством Г.М. Маленкова и М.А. Суслова, а затем - три года находился на дипломатической службе (ранг Чрезвычайного и полномочного посла СССР ему был присвоен 14 июля 1954 г. с одновременным назначением послом в Венгерской Народной Республике) [8]. "Вхождение" в большую политику Ю.В. Андропова началось с его назначения в феврале 1957 г. заведующим отделом ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями  стран народной демократии. Здесь уместно отметить, что ни один из его преемников на этом посту - К.В. Русаков, К.Ф. Катушев, В.А. Медведев, даже несмотря на то, что все они стали Секретарями ЦК, а некоторые - и членами Политбюро ЦК КПСС, не оставил по себе, в том числе и за рубежом, столь доброй памяти, как Ю.В. Андропов.

По сути дела, заведующему Отделом ЦК КПСС, как нередко этот отдел именовался во внутренних документах Центрального Комитета, Ю.В. Андропову пришлось закладывать основы и выстраивать политику СССР в отношении государств Центральной и Восточной Европы, Китая и Демократической Республики Вьетнам, Монголии и Кубы, в соответствии с приоритетами внешней политики СССР, принятыми на ХХ съезде КПСС и конкретизированными в  Декларации правительства Союза ССР от 30 октября 1956 г. «Об  основах развития и дальнейшего укрепления дружбы и сотрудничества между Советским Союзом и другими социалистическими государствами».

На этой,  как и на всех последующих должностях, Андропов показал себя именно как самостоятельный, творчески мыслящий руководитель и политик, а не как простой и бездумный канцелярист-исполнитель, номенклатурно-аппаратный чиновник. Об этой отличительной черте характера Андропова, работавший с ним с 1958 г. Ф.М. Бурлацкий писал, что он "собственно, иначе и не мыслил,  кроме  как  политическими  категориями. ...Это значит,  что он рассматривал вопрос с точки зрения государственной политики страны,  тех последствий,  которые может иметь  то или иное событие или решение для ее интересов". Именно Бурлацкому  принадлежит  характеристика Андропова как Homo Politicus,  то есть Человека Политического.  Может быть,  как никто другой среди тогдашних руководителей,  – подчеркивал он, – Андропов "чувствовал и сознавал жесткие политические рамки на пути назревших преобразований" [9].

На посту куратора международных связей КПСС со странами народной демократии Юрию Владимировичу сразу пришлось  включиться  в  отлаживание  новых многосторонних механизмов межгосударственного сотрудничества и взаимодействия  по линиям  Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) и  Организации Варшавского договора (ОВД). Понятно, что немалый вклад в решение названных вопросов Андропов. вносил лично, вследствие чего он стал хорошо известен не только в этих странах. Во многом работу Отдела приходилось начинать практически с "чистого листа", преодолевая как проблемные "напластования" исторического прошлого,  так и агрессивные  устремления и подрывные акции спецслужб империалистических государств. По словам Андропова,  задача состояла в том,  что бы, не пытаясь выйти за рамки существующих исторических условий,  не игнорируя реальные процессы, делать максимум возможного для укрепления братских взаимоотношений между суверенными социалистическими народами. А это недостижимо, если "не учитывать всей их сложности,  а подчас и противоречивости". На первый план при этом выдвигались вопросы политического и экономического сотрудничества. "Наша партия исходит из того, - подчеркивал Андропов 26 сентября 1964 г. на международной научной сессии в Берлине, посвященной 100-летию I Интернационала,  -  что  единство  между социалистическими странами может быть достигнуто только на основе строго учета национальных  интересов каждой социалистической страны". 

При непосредственном участии Ю.В.Андропова были выработаны принципы взаимоотношений между социалистическими государствами. Справедливости ради следует,  однако,  отметить, что Советский Союз, нередко  занимавший  позицию  "старшего брата в семье народов социалистических стран", на практике порой отходил от принципа равноправия, соблюдения собственных  национальных  интересов,  обеспечения  взаимной выгоды, что приводило к росту социально-экономической напряженности и трудностей в самом СССР. Еще в 1966 г. Андропов подчеркивал, что «отношения между странами социализма должны строиться на строгой  юридической договорной основе» [10]. Он пророчески предрекал, что «от дальнейшего совершенствования системы экономических связей и сотрудничества, обеспечивающей нормальную жизнь и широкие перспективы развития для всех социалистических стран, в конечном счете во многом зависит будущее всей мировой системы социализма. Речь идет о системе взаимовыгодных отношений, которые устраивали бы каждую из стран социализма, помогали строить коммунизм» [11].

Следствием подлинного, принципиального демократизма Юрия Владимировича было неприятие сталинских извращений социалистических идей, о чем имеется немало убедительных доказательств. Поэтому Ю.В. Андропов был  бескомпромиссным и последовательным сторонником «курса ХХ съезда партии» на десталинизацию и демократизацию государственной и общественной жизни. Он был одним из немногих руководителей страны, кто являлся искренним приверженцем идеи общенародного государства. И от дипломата, каковым, по сути, Андропов оставался в 1957 – 1967 годы, и от политического деятеля –  кандидата в члены и члена Политбюро ЦК КПСС, депутата Верховного Совета СССР, – мы вправе ожидать продуманных, взвешенных, выверенных оценок, выводов и решений. Хотя и далеко не все предложения Андропова, разработанные коллективами под его руководством, принимались своевременно.

Многие сталкивавшиеся с Андроповым отмечали необычайную  культуру его поведения и межличностного общения,  что заметно контрастировало со стереотипами "номенклатурного" поведения. На этом же посту заведующего Отделом ЦК КПСС Ю.В. Андропову пришлось познакомиться и с планами и устремлениями спецслужб капиталистических государств, поскольку Отдел ЦК КПСС являлся одним из адресатов рассылки разведывательной информации КГБ при СМ СССР. "Общность политики  и интересов рабочих всех стран,  - подчеркивал Ю.В. Андропов в выступлении, посвященном 100-летию I Интернационала 26 сентября 1964 г.,  - единство коренных целей диктуют необходимость братской солидарности перед лицом объединенного классового врага – международной буржуазии" [12]. При этом необходимо отметить одно крайне важное обстоятельство:  в отличие от других высокопоставленных руководителей,  о чем имеются многочисленные свидетельства,  Андропов  тщательно   лично  работал над подготовленными помощниками текстами его выступлений.

По словам одного из  его  помощников  в ЦК КПСС,  Андропов являлся не только руководителем,  но и активным участником "процесса  создания политической мысли и слова" [13]. На критику  или замечания других участников совещаний или коллективных обсуждений Андропов отвечал:  "А что ты предлагаешь?" Он принимал чужие соображения только после острой дискуссии, с тщательным  взвешиванием  всех "за" и "против",  а иногда отвергал, видя дальше и глубже своих помощников и сотрудников.  При  этом  он объяснял им ход своих мыслей" [14].

23 ноября 1962 г.  Ю.В. Андропов избирается секретарем ЦК КПСС. Теперь он еженедельно принимал участие в заседаниях Секретариата ЦК КПСС, который рассматривал вопросы внутренней политики СССР, в отличие от Политбюро ЦК, преимущественное внимание уделявшего именно международным проблемам. Однако многие вопросы и «решения» по этим вопросам для Политбюро ЦК готовились при участии Ю.В. Андропова и возглавлявшегося им Отдела по связям с компартиями социалистических государств. Помимо этого, Ю.В. Андропов лично принимал участие как в подготовке и проведении Международного совещания коммунистических и рабочих партий 1960 г. в Москве, а также в разработке новой Программы КПСС, утвержденной XXII съездом КПСС в октябре 1961 г., Всемирного конгресса за всеобщее разоружение (9 – 14 июля 1962 г.), второго Международного совещания коммунистических партий (март 1965 г.), Бухарестского (5-6 июля 1966 г.) Совещания компартий государств-участников Варшавского договора, Конференции европейских коммунистических и рабочих партий в Карловых Варах (24 – 26 апреля 1967 г.) и многих, многих других [15]. О безусловном росте авторитета Ю.В. Андропова свидетельствует тот факт, что именно ему Президиумом ЦК КПСС было поручено выступить с докладом на торжественном заседании 22 апреля 1964 г., посвященном 94-й годовщине со дня рождения В.И. Ленина, что всегда рассматривалось как одно из наиболее серьезных политических выступлений (Впоследствии ему еще дважды, в 1976 и 1982 годах поручались подобные доклады [16]).

Уже в этом первом всесоюзном политическом выступлении 22 апреля 1964 г. Ю.В. Андропов подчеркивал: "Ленин учил, что важнейшим условием успешного социалистического строительства является широкое и всестороннее развертывание социалистического демократизма, вовлечение в управление производством и всем обществом широчайших масс, развитие творческой инициативы. Демократия -  это  не только одна из главных целей социализма,  важная сама по себе;  без нее невозможно успешное  развитие  производительных сил, построение материально-технической базы нового общества.  Превращение государства диктатуры пролетариата в общенародное государство, превращение  партии рабочего класса в партию всего народа - яркое свидетельство развития социалистической демократии" [17]. Хотя, как известно, это положение о перерастании государства диктатуры пролетариата в общенародное государство получило свое закреплении в Конституции СССР только 7 октября 1977 г. 

В отношении личности И.В. Сталина Андропов не разделял ни один из известных диаметрально противоположных взглядов  по отношению к этому человеку: ни восхищенного, ни уничижительного. Он полагал, что «всем нам надо с этим глубоко разобраться», имея ввиду необходимость очень выверенной, взвешенной политической и исторической оценки отступлений от декларировавшихся в стране принципов социализма в 30-е - 50-е годы. Наверное, главным, мучившим его вопросом, был тот, что на протяжении десятилетий не имел ответа: как такое могло случиться, происходить в нашей стране? Однако желанием разбираться с этой острейшей политической проблемой никто из его современников «не горел». Далее в докладе  22 апреля 1964 г. Юрий Владимирович отмечал: «Пролетарский интернационализм – это важнейший принцип марксистско-ленинской идеологии, который служит объединению усилий национальных отрядов рабочего класса, служит надежной гарантией против проявлений в рабочем движении национальной ограниченности». В то же время Андропов прозорливо подчеркивал, что «в наши дни национальный фактор превратился как в идеологии, так и в политике в важную силу, которую коммунисты не могут не учитывать. Наши противники даже заговорили о том, что именно национализму суждено стать плотиной, которая остановит дальнейшее движение коммунизма». И сегодня, ретроспективно оценивая события 1989 – 1992 годов и последующих лет, нельзя не признать, что опасность национализма не была в полной мере оценена политическим руководством СССР, равно как и намеренное целенаправленное использование идеологии национализма в инспирировании развала Советского государства.

Выступая перед преподавателями МГУ 2 ноября 1966 г. Ю.В. Андропов отмечал, что «Выход  социализма на международную арену в качестве системы государств привел к изменению общей ситуации на мировой арене, ослаблению империализма и все более проявляющемуся перевесу сил социализма над империализмом.  Этот факт «на свой лад признают теперь и наши классовые враги. Причем не только в социологических теориях, но и в политических доктринах и даже в тактике борьбы против социализма». О безусловной справедливости этого вывода будущего генерального секретаря ЦК КПСС свидетельствует тот факт, что выступая в британском парламенте 8 июня 1982 г. с речью "Демократия и тоталитаризм" президент США Р. Рейган заявлял: - Решающий фактор происходящей сейчас в мире борьбы – не бомбы и ракеты, а проверка воли и идей, испытание духовной смелости, испытание тех ценностей, которыми мы владеем, которые мы леем, идеалов, которым мы преданы [18].

Небезынтересен вопрос и о том, как новый председатель КГБ при СМ СССР был воспринят своими коллегами на Лубянке. Генерал-майор Ю.И. Дроздов,  еще до мая 1967  г.  неоднократно встречавшийся с Ю.В. Андроповым, вспоминал:  собранная чекистами в ЦК КПСС информация о своем новом шефе  "была благоприятна:  опытный государственный деятель, контактный, интеллигентный человек, способный дойти до понимания проблем рядовых исполнителей, умеющий быстро разбираться в людях, их деловых качествах» [19]. Назначение Ю.В. Андропова председателем КГБ, казалось, должно было поставить крест на его биографии как публичного политика. Этого, однако, не произошло, в немалой степени вследствие того факта, что 21 июня 1967 г. Андропов избирается кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС - этот факт явно недооценен во всех изданных в нашей стране его биографиях.

Кое-кто до сих пор недоумевает: а почему это председатель КГБ СССР стал членом этого высшего политического органа Советского Союза? Но зададимся тогда вполне обоснованным вопросом и попытаемся объективно ответить на него: а являлось ли целесообразным присутствие именно в таком коллективном органе государственного управления страной руководителя ведомства, отвечающего за обеспечение государственной или национальной безопасности страны?  Тем более, в обстановке «холодной войны»? На наш взгляд, ответ на этот вопрос вполне очевиден. Еще раз подчеркнем,  что, как член высшего коллегиального партийно-государственного  органа  власти,  Андропов был просто обязан рассматривать предложения и принимать участие в обсуждении, выработке решений по  самым  животрепещущим вопросам государственного управления.

И именно как руководитель КГБ СССР Андропов был обязан предупреждать ЦК КПСС в лице Политбюро как об имеющихся внешних и внутренних угрозах безопасности Советского государства, негативных процессах в стране и в мире, так и о возможных последствиях непродуманных, либо поспешных решений. Но, разумеется, в то же самое время не следует и переоценивать степень его влияния на принимаемые решения, особенно в первые,  1967 – 1973 годы его пребывания в Политбюро ЦК (По этому поводу, когда какое-нибудь из предлагавшихся им решений откладывалось или не принималось, Юрий Владимирович жаловался своим помощникам: «Не сезон!»). По вопросам "андроповской" линии к заседаниями Политбюро –   доклады, сообщения, справки, заключения и  предложения  готовились  по вопросам разведки и информации из-за рубежа, контрразведки, охраны государственной  тайны и государственной границы СССР, борьбы с идеологическими  диверсиями иностранных государств и многим другим вопросам и проблемам,   причем подчас в условиях  крайнего  дефицита времени - в течение двух-трех дней. Нередко для предварительной «углубленной проработки» тех или иных вопросов к заседаниям Политбюро, создавались специальные комиссии, в которые входил, а иногда и возглавлял Ю.В. Андропов. Именно с работы в такой комиссии и началась деятельность Андропова в Политбюро ЦК: в день избрания его кандидатом в члены этого органа во главе комиссии в составе Генерального прокурора СССР Р.А. Руденко и министра внутренних дел Н.А. Щелокова Юрий Владимирович встретился с делегацией крымских татар, требовавших рассмотреть их обращения в ЦК КПСС. По докладу Андропова требования  представителей крымских татар, а также предложения по нормализации обстановки  рассматривались  на заседании Политбюро ЦК КПСС 17 августа,  и, в соответствии с его решениями, 5 сентября 1967 г. Президиум Верховного Совета СССР принял  Указ об отмене ряда решений 1944 г., содержащих огульные обвинения в адрес крымско-татарского населения. Данный указ позволил снизить  остроту  обстановки  в  среде крымских татар, хотя он, по понятным объективным причинам, и не мог полностью восстановить историческую и социальную  справедливость в отношении представителей этой группы депортированных народов СССР.

Ю.В. Андропов придал практике информирования ЦК КПСС в полном соответствии с Положением о КГБ и его органах  на местах [20] новые содержание и  импульсы, активно влияя в качестве кандидата/члена Политбюро ЦК КПСС на обсуждение и принятие на высшем партийно-государственном уровне многих принципиальных решений по вопросам обеспечения государственных интересов и безопасности Советского Союза. Напомним в этой связи признание его предшественника В.Е. Семичастного: «Обстановка тогда была такая, что и Хрущев, и Политбюро держали органы на расстоянии, еще сказывались события, связанные с Берией. Мы и сами не очень стремились вникать в такие дела: понимали наша задача другая….» [21]. Ю.В. Андропов по должности автоматически стал также членом Комиссия по военно-промышленным вопросам, функционирующей с ноября 1966 г., которая была правомочной рассматривать и решать вопросы связанные с обороноспособностью страны, вооружением и численностью Вооруженных сил СССР. С декабря 1973 г. Ю.В. Андропов также стал членом Государственной Технической комиссии по противодействию иностранным техническим разведкам (Гостехкомиссия), образованной в соответствии с Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 19903-303 от 18 декабря 1973 г. Информируя эти и партийные инстанции  об  изменениях  в  оперативной обстановке в стране и мире, докладывая им о результатах  работы КГБ СССР, он, естественно,  оказывал влияние на выработку и формулирование целей, задач и методов реализации государственной политики, и, прежде всего – в сфере обеспечения безопасности государства и общества (хотя последняя задача была сформулирована Ю.В. Андроповы только в 1975 году).

Помимо этих, узковедомственных, а потому и закрытых выступлений, которые, тем не менее, формировали у представителей государственной элиты СССР представление о личности Юрия Владимировича,  были еще и публичные выступления кандидата/члена Политбюро ЦК КПСС Ю.В. Андропова. И восприятие их самыми различными аудиториями – от трудовых коллективов и собраний избирателей, до оперативного и руководящего состава органов КГБ СССР, членов ЦК и Политбюро ЦК КПСС, породили, в конечном счете тот загадочный, на первый взгляд, трудно объяснимый феномен Андропова. Парадоксально, но факт, писал по этому поводу Ф.М. Бурлацкий, наверное, интуитивно, по публичным выступлениям в целом такого "закрытого" государственного деятеля,  каковым являлся председатель КГБ СССР, наши граждане поняли, что "величие и  могущество  Советского  Союза  -  вот что было основой его убеждений и политики,  и те,  кто хотят понять нынешних сторонников державных идей,  должны вернуться к изучению характера, стиля идеологии Андропова" [22].  Вечером 20 декабря 1967 г. в Кремлевском дворце съездов состоялось первое публичное выступление нового председателя КГБ при СМ СССР и кандидата в члены Политбюро ЦК КПСС Ю.В. Андропова. Особый интерес и общественно-политическая значимость этого доклада определялись тем, что полувековой юбилей образования органов ВЧК – КГБ предполагал необходимость политической оценки их деятельности и роли в истории страны. На следующий день отчет о торжественном собрании, посвященном 50-летию советских органов государственной безопасности СССР был опубликован в центральной прессе, также, как и доклад на нем Ю.В. Андропова [23]. (Впоследствии он был выпущен отдельной брошюрой, в связи с чем его содержание стало широко известно в обществе, создало у граждан определенное представление как о самом Андропове, так и о задачах  деятельности возглавляемого им ведомства госбезопасности).
         
Многие слушатели и читатели его обратили внимание на слова Андропова о том, что «Мы не вправе забывать и то время, когда политические авантюристы, оказавшиеся у руководства НКВД, пытались вывести органы госбезопасности из-под контроля партии, изолировать их от народа, допускали беззаконие, что нанесло серьезный ущерб интересам нашего государства, советских людей и самих органов безопасности. За последние годы наша партия провела огромную работу по укреплению социалистической законности. Были ликвидированы извращения и в работе чекистских органов, установлен повседневный партийный, государственный контроль за их деятельностью, созданы надежные политические и правовые гарантии социалистического правопорядка. Таким образом наша партия ясно показала: нет и не может быть возврата к каким бы то ни было нарушениям социалистической законности. Органы государственной безопасности  стоят и будут стоять на страже интересов Советского государства, на страже интересов советских людей» [24]. Следует подчеркнуть, что Андропов, будучи гостем ХХ съезда КПСС, не только лично слышал доклад Н.С. Хрущева о культе личности Сталина, но и, уже в качестве Секретаря ЦК КПСС в июле 1964 г. знакомился с докладом специальной комиссии ЦК КПСС под руководством Н.М. Шверника по дополнительному изучению материалов о массовых политических репрессиях 30-х - 50-х годов. В выводах комиссии указывалось, что многие из рассмотренных ею дел были фальсифицированы, "массовые репрессии 1937 - 1938 годов были совершенно необоснованными и никакими объективными причинами оправданными быть не могут, являлись следствием произвола и беззаконий" [25].

В дальнейшем еще лишь единожды, через 10 лет, в докладе, посвященном 100-летию со дня рождения Ф.Э. Дзержинского, Андропов вновь подчеркивал: "Известно, что отдельные годы были омрачены  незаконными репрессиями, нарушениями принципов социалистической демократии, ленинских норм партийной и государственной жизни. Эти нарушения были связаны с культом личности и противоречили существу нашего строя, характеру политической системы социалистического общества. Но они не могли приостановить поступательное движение социализма. Партия решительно осудила и искоренила подобные нарушения, создав твердые гарантии соблюдения социалистической законности" [26]. (Доклад этот, как и предыдущий, был опубликован в печати, а затем выпущен отдельной брошюрой массовым тиражом). В докладе 20 декабря 1967 г. председатель КГБ СССР вполне обоснованно отмечал, что "меняются масштабы и границы разведывательной и подрывной деятельности империалистов. Разведывательные центры некоторых западных государств, прежде всего США, оказывают значительное влияние на политику своих государств. Им отводится большая роль в осуществлении активных акций и подрывных действий. Сегодня острие этой деятельности разведок направлено уже не против вооруженных сил, военной и иной промышленности социалистических и иных миролюбивых государств. Подрывные операции все шире осуществляются империалистами в самых различных сферах общественной жизни... В то же время они активно участвуют в организации идеологических диверсий, направленных на то, чтобы ослабить идейно-политическое единство советского народа. Империалистические разведки самым тесным образом координируют свою деятельность с огромной пропагандистской машиной, которая также используется в целях дезинформации и обмана общественности, в попытках подорвать доверие к социалистическому государству, к работе его органов».

Кто-то из наших современников может задать вопрос: да стоит ли повторять ныне забытые "постулаты коммунистической пропаганды"?! Но обращение к историческому прошлому как раз и предполагает стремление к установлению реальных событий и фактов, а не их высокомерное игнорирование. А правда истории как раз и состоит в том, что через 7 лет уже комиссии Палаты представителей и Сената США под руководством, соответственно, Отиса Пайка и Фрэнка Черча установят обоснованность и справедливость приводимых Андроповым выводов и характеристик разведывательно-подрывной деятельности против СССР. Председатель КГБ СССР признавал, что «было бы неверно закрывать глаза на то, что у нас имеются еще отдельные случаи антигосударственных преступлений, враждебных антисоветских действий и поступков, которые совершаются нередко под воздействием враждебного влияния из-за рубежа. Империалистическая пропаганда цепляется за эти факты, она стремится воспользоваться ими для того, чтобы бросить тень на социализм, на наш советский строй". Но, "что касается отдельных личностей, время от времени попадающих в сети ЦРУ и других подрывных центров, то такие отщепенцы никак не отражают настроения советских людей. Конечно, даже в период формирования новых, коммунистических отношений можно отыскать отдельные экземпляры людей, которые в силу тех или иных причин личного порядка или под влиянием враждебной пропаганды из-за рубежа оказываются благоприятным объектом для вражеских разведок. Но мы знаем и другое. Ни один из таких людей не смог и не сможет получить сколько-нибудь серьезной поддержки…. Иначе и быть не может. Наше государство – социалистическое, общенародное. Защита и охрана его безопасности являются делом, отвечающим интересам всего народа». Подчеркнем, что, в отличие от всех политиков того времени, Ю.В. Андропов неоднократно возвращался к этому тезису о переходе от государства диктатуры пролетариата к общенародному государству. Слушатели и читатели доклада Андропова не могли не обратить внимания и на следующие слова о том, что «в соответствии с лучшими чекистскими традициями органы государственной безопасности ведут большую работу по предупреждению преступлений, убеждению и воспитанию тех, кто допускает политически вредные проступки. Это помогает устранять причины, могущие порождать антигосударственные преступления».    

Весьма прозорливыми, обращенными в весьма отдаленное будущее, оказались и следующие слова Юрия Владимировича:
        - Только наши враги, имеющие все основания бояться и ненавидеть чекистов, изображают советскую службу безопасности как некую «тайную полицию». На самом деле служба безопасности создана самим обществом для своей самозащиты от происков империалистических разведок и действий враждебных элементов. Она строит свою работу на принципах социалистической демократии, она находится под постоянным контролем народа, его партии и правительства. В то же время кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС Андропов обращал внимание, не только своих подчиненных, но и однопартийцев, всех руководителей  и граждан страны,  и на необходимость общего предупреждения преступлений: «Борьба партии и Советского государства с фактами нарушения законных прав трудящихся, с пренебрежением к их нуждам, с бюрократизмом, а также воспитание людей в духе патриотизма, честного выполнения своих гражданских обязанностей способствуют устранению почвы для антиобщественных поступков. Этому способствует и повышение благосостояния трудящихся, дальнейшее развитие советской демократии, рост уровня культуры и сознательности масс в нашей стране». Конечно, несмотря на безусловную справедливость этих слов, нельзя не признавать, что, к сожалению, на практике они далеко не всегда  реализовывались на практике, являлись доминантой деятельности руководителей и чиновников разного ранга, которых тогда нередко называли «слугами народа» и которыми они не являлись в действительности. 

Контент-анализ последующих публичных выступлению Ю.В. Андропова показывает, что в них он особое внимание уделял следующим вопросам:
- изменение целей, задач, методов и тактики деятельности империалистических государств и их спецслужб для достижения превосходства над СССР;
- влияние процесса разрядки международной напряженности ("детанта") на содержание межгосударственных отношений и деятельность спецслужб иностранных государств в этих условиях;
- противоречия развития социалистического общества, которые зарубежная пропаганда стремится использовать для дискредитации социализма и содружества социалистических государств;
- причины появления антиобщественных установок и условия, способствующие их практической реализации;
- о задачах и содержании социальной профилактики преступлений и противоправных деяний.

Особый акцент в выступлениях Ю.В. Андропова делался на безусловное исполнение требований и предписаний законодательства,  необходимость искоренения недостатков в деятельности органов власти и местного самоуправления, которые нередко вели к росту недовольства населения и возникновению очагов социальной напряженности, о чем им информировался ЦК КПСС. На Пленуме ЦК КПСС 27 апреля  1973  г.  Ю.В. Андропов  был  избран членом Политбюро ЦК КПСС.  Представляя его кандидатуру участникам Пленума Л.И. Брежнев заметил:
- Мне хотелось бы особо сказать два слова о Комитете госбезопасности, чтобы положить конец представлениям, я имею в виду не членов ЦК, а отдельных товарищей вне этого зала, будто Комитет государственной безопасности только и занимается тем, что «хватает и сажает людей». Ничего подобного. КГБ под руководством Юрия Владимировича оказывает огромную помощь Политбюро во внешней политике. КГБ – это прежде всего огромная и опасная загранработа. И надо обладать способностями и характером. Не каждый может не продать, не предать, устоять перед соблазнами. Это вам не так, чтобы… с чистенькими ручками. Тут надо большое мужество и большая преданность. На комитете госбезопасности лежат большие задачи. От имени Политбюро скажу, что он нам очень помогает. На Пленуме Юрий Владимирович выступил с докладом [27]  об обстановке в мире, тактике деятельности иностранных спецслужб в условиях разрядки и особенно в области ослабления советского общества и содружества социалистических государств, об итогах работы органов госбезопасности. Машинописная копия этого выступления Ю.В. Андропова стала в СССР документальной основой для подготовки многих научных и научно-популярных работ по проблемам "холодной войны". Конечно, сегодня можно  попытаться  оспорить  подобные  «аргументы  из прошлого»,  указать автору на недопустимость использования в полемике приема  "подавления авторитетом" известного политического деятеля.  Тем не менее, по нашему убеждению, в приводимых словах Юрия Владимировича Андропова содержится немалая доля  исторической правды. Именно той, о которой ныне кое-кто стремится забыть, и о которой многие нынешние молодые сограждане нашей страны попросту не знают. А между тем, когда в угоду политической конъюктуре не только искажается, но и просто замалчивается историческая правда, эта недальновидная политика лишает современников и потомков возможности делать объективные выводы и извлекать уроки из событий, заблуждений и ошибок прошлого! Таким «учителям» следует напомнить известную истину: История не выставляет оценок за невыученные уроки! Она – лишь наказывает за их незнание!

В заключение представляется необходимым отметить, что немаловажным фактором появления особой андроповской "харизмы", хотя само по себе этого понятия тогда и не было в политическом лексиконе, было исполнение им обязанностей депутата Верховных Советов СССР и РСФСР. Доверенное лицо Ю.В. Андропова Виктор Григорьевич Камешков так вспоминал о первой встрече с кандидатом в депутаты в 1980 г.:«Принял он нас в точно назначенное время, сам вышел навстречу и пригласил расположиться за длинным столом для совещаний. Кабинет председателя КГБ был прост, отделан под дерево желтого цвета, на рабочем столе правительственные телефоны, на стене – небольшой портрет Ф. Дзержинского и его же бюст на маленьком столике. В приемной – офицер, выполнявший роль секретаря. Вскоре от некоторой напряженности не осталось и следа. Создавалось впечатление, что Андропов даже внутренне рад поговорить с людьми из провинции, узнать, чем они живут… Особый интерес он проявлял к благоустройству, строительству жилья, ценам на рынках, настроению рабочего класса. Уже в то время у Андропова были предложения о способах снижения цен на рынках». На встрече с избирателями в г. Горьком, выступая после секретаря обкома КПСС, выйдя на трибуну, Андропов лукаво задал вопрос:
- Что, мне тоже пользоваться бумагой при выступлении?
И около часа Андропов рассказывал об экономическом и международном положении СССР, при этом всего лишь несколько раз заглянул в маленький блокнотик, чтобы уточнить несколько цифр по экономическому развитию страны. Надо сказать, что ораторские способности у Юрия Владимировича были прекрасные: говорил он четко, взвешенно, без лишнего пафоса, чувствовалось, что он владеет обстановкой в стране [28]. Отметим, что, будучи депутатом Верховного Совета СССР, Юрий Владимирович не только проводил формальные встречи с избирателями,  но и был в курсе их проблем,  оказывал в случае необходимости  им  помощь, которая, учитывая его партийно-политический статус и личный авторитет, была немалой. «Депутатскими" делами Андропова,  приемом избирателей в приемной КГБ  СССР на Кузнецком мосту годах занимались его помощники  по Политбюро И.Е. Синицын (1973-1979 гг.), затем П.П. Лаптев и В.В. Шарапов. Причем к Андропову обращались и жители других округов, отчаявшиеся найти помощь и защиту, не находившие должного внимания и понимания в ЦК КПСС, Президиуме Верховного Совета СССР, прокуратуре СССР.

Авторитета члена Политбюро  ЦК  КПСС  оказывалось  достаточно, чтобы соответствующие  органы неформально относились к адресованным им запросам, обращениям и жалобам граждан. И эта не афишировавшаяся, мало известная сторона многогранной  деятельности Юрия Владимировича, о которой, тем не менее, становилось известно достаточно широкому кругу лиц, по долгу службы сталкивавшимися с обращениями, просьбами и ходатайствами народного депутата, явилась еще одной составляющей рождения феномена Андропова.


Источники и примечания:
  1. Сравнительные оценки руководителей страны в ХХ веке: пресс-выпуск 
10 мая 2006 г. [Электронный ресурс]. URL:http//www.levada.ru/press/2006051001.html. Подробнее см.: Хлобустов О.М. Феномен Андропова: 30 лет из жизни Генерального секретаря ЦК КПСС. М., 2013. Сс. 460-462.
  1. В 1979 г. вышел из печати первый сборник избранных статей и выступлений члена Политбюро ЦК КПСС Ю.В. Андропова. Это была  своеобразная дань неписанной «партийной традиции», и отнюдь не сам Андропов был инициатором этого издания. Следует отметить, что всего в СССР были изданы три сборника избранных статей и текстов выступлений Ю.В. Андропова перед различными аудиториями и коллективами. Из второго издания 1983 года был исключен ряд ранее опубликованных речей, с добавлением материалов 1980-1982 годов. Мемориальный же сборник статей и выступлений Ю.В. Андропова «Ленинизм – неисчерпаемый источник революционной энергии и творчества масс», выпущенный в 1984 году, включал ряд ранее не публиковавшихся выступлений председателя КГБ СССР 1967 – 1981 годов. По понятным политико-коньюктурным соображениям, начиная с 1991 года и даже ранее, многие высказывавшиеся идеи и взгляды Андропова оказались преданными забвению. Однако некоторые из них, по  нашему мнению, представляют интерес и актуальность и сегодня, причем не только для сотрудников органов безопасности Российской Федерации и историков.
  2. В нашей стране к их числу можно отнести С.Н. Семанова, Р.А. Медведева,  и Л.М. Млечина, опубликовавших ряд книг о Ю.В. Андропове.
  3. См.: Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1983. С. 199.
  4. Этому периоду его жизни посвящены издания: Шлейкин Ю.В. Андропов. Карелия. 1940 – 1951… Биографическая хроника. Петрозаводск, 2014; Васильев Ю.А. Юрий Андропов. На пути к власти. М., 2017.
  5. Бурлацкий Ф.М. Никита Хрущев и его советники – красные, черные, белые… М., 2002, С. 223.
  6. Шлейкин Ю.В. Андропов. Карелия. 1940 – 1951… Биографическая хроника. Петрозаводск, 2014, С. 99.
  7. Хлобустов О.М. Парадокс Андропова: Был порядок! М., 2014, сс. 49-67.
  8. Бурлацкий Ф.М. Глоток свободы. М., 1997, С. 546.
  9. Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1979, с. 104.
  10. Там же. С. 105.
  11. Там же. С. 73.
  12. Бурлацкий Ф.М. Глоток свободы. М., 1997, С. 223.
  13. Синицын Е.И. Андропов вблизи: воспоминания о временах «оттепели» и «застоя». М., 2004, с. 92.
  14. О некоторых конкретных приоритетных задачах и проблемах отношений СССР с социалистическими государствами см.: Пролетарский интернационализм – боевое знамя коммунистов: доклад на международной научной сессии в Берлине, посвященной 100-летию I Интернационала, 26 сентября 1964 г.; Некоторые вопросы развития и укрепления мировой системы социализма: выступление на встрече с представителями профессорско-преподавательского состава и студентами МГУ им. М.В. Ломоносова 2 ноября 1966 г. (Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1979, СС. 72-107.).
  15. См.: Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1979, СС. 5-20; Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1983, сс. 190-203.
  16. Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1979, с. 64.
  17. Цитируется по: Рональд Рейган о внешней политике США: бойня в воздухе: Правда и ложь о гибели корейского пассажирского авиалайнера. Нью-Йорк, 1983, с. 15.
  18. Дроздов Ю.И., Фартышев В.И. Юрий Андропов и Владимир Путин: на пути к выздоровлению М., 2001, с. 25.
  19. Хлобустов О.М. Парадокс Андропова: Был порядок! М., 2014, СС. 132-139.
  20. Хлобустов О.М. Феномен Андропова: 30 лет из жизни Генерального секретаря ЦК КПСС. М., 2013. с. 164.
  21. Бурлацкий Ф.М. Глоток свободы. М., 1997, С. 550.
  22. Пятьдесят лет на страже безопасности Советской Родины. // Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1983, сс. 85-96.
  23. Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1979, СС. 108-119.
  24. См.: Реабилитация: Как это было. Февраль 1956 – начало 1980-х годов. Документы. Том 2. М., 2002, СС. 510-511.
  25. Коммунистическая убежденность – великая сила строителей нового мира: Доклад на торжественном собрании в Москве, посвященном 100-летию со дня рождения Ф.Э. Дзержинского 9 сентября 1977 г. // Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1979, СС. 263-264.
  26. См.: Лубянка: Органы ВЧК – ОГПУ – НКВД – НКГБ – МГБ – МВД – КГБ. 1917 – 1991. Документы и материалы. М., 2003, СС. 725-729.
  27. Цитируется по: Камешков В.Г. Мои встречи с Ю.В. Андроповым. Н. Новгород, 2006, СС. 12-15.

Поделитесь публикацией!


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.
Наверх