ПОИСК ПО САЙТУ


Экономическое положение Греции во время Второй Мировой



28 октября 1940 года Греция вступила во Вторую Мировую войну. В Греции этот день называется "Охи". Праздник в память об отклонении ультиматума, предъявленного фашистской Италией греческому премьер-министру. предъявлено требование позволить итальянским войскам войти на территорию Греции и занять «стратегические позиции» (порты, аэродромы и пр.) или, в противном случае, была бы объявлена война. Как утверждают, ответ был краток: «όχι», то есть «нет». Утром 28 октября греческое население, независимо от политиков, вышло на улицы, скандируя «Охи». Чем была Греция во время второй мировой? Что она могла себе позволить? Какова была ее производственная база и экономическое состояние? Об этом в нашей сегодняшней статье. 


Автор: Марко Клементи
Источник: АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И ИСТОРИОГРАФИИ СТРАН ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ И АМЕРИКИ В НОВОЕ И НОВЕЙШЕЕ ВРЕМЯ  2012 г. с. 209-223


В составе итальянской армии, вступившей в апреле 1941г. в Грецию, были дивизии Форли (направлена в район Афин), Пинероло (заняла Ларису в Фессалии) и VIII корпус с дивизиями Казале и Акуи. Итальянцы заняли большую часть Греции, длинный остров Эвбея, Ионические острова, Киклады и Южные Спорады, где было размещено подразделение Кунео. Кроме того итальянцы заняли провинцию Лассити, в восточной части Крита, Афины и весь Пелопоннес. Стратегически важные Западные Спорады, Лемнос, Хиос и Митилена были поставлены под контроль вермахта, а также большая часть Македонии, Халкидии, Крита, Афины и три острова из вышеупомянутых Спорад попали под командование германских войск. При совместной оккупации Афин немцами и итальянцами административная ответственность лежала на итальянцах. Болгарския армия заняла Фракию и Македонию за исключением пограничных с Турцией районов, занятых немцами. 


Таким образом, оккупанты разделили территорию Греции и взяли на себя административные обязанности в своих зонах. И хотя в Афинах существовало еще греческое правительство во главе с генералом Тсолакоглу, каждое решение должно было пройти проверку итальянского и немецкого полномочных – Пеллегрино Киджи и Гюнтера Альтенбурга1. Однако, когда Киджи поставил вопрос об интересах Италии в Греции, немцы, которые по сути дела выиграли войну, действовали в соответствии с потребностями Рейха, обусловленными продолжающейся войной. С этой целью в мае 1941 г. Альтенбург заключил с правительством Тсолакоглу торговое соглашение, на основании которого осуществлялись поставки сырья для заводов Круппа. Торговля была ориентирована в значительной степени на Германию, ее объем с Грецией более чем в пять раз превышал товарооборот с Италией.


Однако с разделом страны на различные сферы оккупации, не связанные друг с другом, экономическая, а также политическая целостность Греции была нарушена до такой степени, что в стратегически важных областях или в районах национальных меньшинств была образована некая автономия. Италия напрямую взяла в свои руки администрацию Ионических Островов – Корфу, Лефкады, Кефалонии, Итаки, Закинтоса, Паксоса и Китир, а Киклады и Спорады стали частью администрации Додеканеза2 . Итальянцы планировали отделить Эпир и присоединить его к так называемой Великой Албании, однако не смогли осуществить свой эфемерный проект. Они отделили de facto Пелопоннес и различные районы центральной и северной Греции от остальной части страны.


Наряду с другими экономическими факторами это спровоцировало гуманитарную катастрофу, которая обрушилась на разные регионы Греции в течение следующих месяцев. Важные продукты, как сахар, изюм, масло, необходимые для населения, были подготовлены для экспорта или гнили на складах Пелопоннесских портов в ожидании отправки в Италию. Это привело к дефициту продуктов по всей стране. Кроме того, 21 июня 1941 года Муссолини решил девальвировать на 50% греческую драхму по отношению к итальянской лире и албанскому франку.


В Греции начался беспрецедентный экономический кризис. Если прожиточный минимум 1 апреля 1941 года составлял 156,5 драхм, в декабре 1942 года он достиг 1572,7, а в октябре следующего года – 2.305.984.911. Когда еще продолжалась битва за Крит, с острова в Афины начали прибывать тысячи беженцев, а солдаты расформированной греческой армии не могли вернуться домой; они остались в столице. Зимой именно они стали первыми жертвами голода.




Греция уже давно находилась в сложной финансово-экономической ситуации. Сразу после начала Второй мировой войны, в сентябре 1939 г., правительством были приняты меры для значительного сокращения питания и снабжения продовольствием. В частности, потребление мяса не должно было превышать трех раз в неделю; ресторанам, кафе и кондитерским разрешалось работать только до часа ночи. Специальным распоряжением кинотеатры и театры следовало закрывать до 12 часов ночи; объем газет сократили до четырех страниц. Были зафиксированы оптовые цены на семенную пшеницу3 . Это стало началом кампании по обеспечению национальной самодостаточности, которая предусматривала, прежде всего, освоение свободных земель, что могло превратить Грецию в гигантского сельскохозяйственного производителя, как заявил в своей прокламации от 11 сентября 1939 года премьер-министр Греции Ианнис Метаксас4.


За шесть месяцев, которые прошли со времени итальянского вторжения в Грецию в октябре 1940 г. до поражения греческой армии в апреле следующего года, ситуация ухудшилась. Об этом говорилось в составленном немцами после капитуляции Афин подробном документе «Финансы и экономика Греции», в котором анализировалось экономическое и финансовое положение страны. В нем сообщалось, что национальная экономика «рушится», и что «население находится под угрозой голода» 5 . Для исправления ситуации предлагалось снизить оккупационные расходы путем сокращения вооруженных сил, роста импорта и увеличения местного производства. Предполагалось, что курс драхмы стабилизировать путем налоговых и кредитных мер, таких как изъятие из оборота денежных знаков большого номинала. В 1939 г. национальный доход Греции составлял 63 млрд драхм, что соответствовало примерно 300 немецким маркам на человека, то есть в четыре раза меньше, чем средний доход немцев. До начала войны в стране, где две трети населения было занято в сельском хозяйстве (но доступна была только пятая часть обрабатываемых земель), дефицит бюджета частично покрывался доходами от судоходства и торговли, денежными переводами и доходами от туризма. Тем не менее, 25% пшеницы импортировалось; еще больше был индекс импорта в промышленных секторах, в развитии которых страна сильно отставала. Так, в 1938 г. импортировалось 474.562 тонны пшеницы, а в январе 1939 г. – 364.298 т. 6 В 1939 г. стоимостной объем импорта достиг пятой части национального дохода Греции. Германия стала кредитором примерно 30% стоимости ввоза, задолженность Греции в 1940 г. достигла 400 млн. долларов США7 .


Во время оккупации Греция потеряла такие важные территории, как Восточная Фракия и Македония, которые составляли 14% ее территории, где проживало 12% населения. С оккупированных болгарами территорий началась депортация греческих македонцев, что изменило облик приграничных районов. Только это обстоятельство привело к пoтере около 15-20% национального дохода Греции8 . Торговый флот Греции был передан под управление оккупационных армий, и тоннаж, который в 1941 г. составлял 1,4 миллиона тонн, сократился в течение нескольких месяцев до 60.000 т. В 1941 г. сельскохозяйственное производство сократилось на 25% по сравнению с 1939 г. Было очевидно, что в следующем году будет происходить дальнейшее сокращение сельхозпроизводства из-за нехватки семян и рабочего скота. Недостаток корма привел к существенному уменьшению поголовья скота и, следовательно, навоза, используемого в качестве удобрений, в то время как импорт химических удобрений был затруднен из-за военного положения в Европе. Из-за подводных мин и запрета на ночную рыбную ловлю на одну пятую сократилось рыболовство. Кроме того, в 1941 г. из-за дефицита сырья до двух третей сократилось промышленное производство. Общий объем национального дохода уменьшился вдвое. Осталось 40%, которые оккупанты хотели использовать для покрытия своих оккупационных расходов, достигших в марте 1942 г. 42 миллиардов драхм в месяц. Между тем, было остановлено большинство денежных переводов из-за рубежа9.


В целом, доход на душу населения Греции в 1941 г. составлял около 100 марок в год. В прогнозе на 1941-1942 финансовый год говорилось о расходах в 17,4 млрд. драхм, и только о 10,8 млрд. доходов. Денежная масса росла в геометрической прогрессии: в 1939 г. она составляла примерно от 8500 млн. драхм, в декабре 1941 г. она достигла почти 49 млрд. 10 . В 1941 г. к этому количеству добавились 4400 млн. драхм, выпущенных в оборот кредитным банком Рейха, и «ионические драхмы», выпущенные итальянцами в том же году в несколько меньшем объеме. Увеличение платежных средств соответствовало неподконтрольному росту цен и заработной платы: в деревне цены на промышленные товары росли намного больше, чем в городах, где росли цены на сельскохозяйственную продукцию. Оккупанты начали политику сохранения закупочных цен предыдущего года на некоторые продукты, в частности, масло и изюм, что наносило ущерб производителям, которым пришлось сокращать посевные площади. 


В городах расцвел черный рынок. Все цены зависели от курса британского фунта, который был стабилизирован в начале оккупации в 35.000 драхм. Все это в итоге привело к истощению населения и вспышке голода, который начался в октябре 1941 г. В Афинах и Пирее были зафиксированы первые смерти от голода. В это время как большая масса людей переехала в сельскую местность в поисках пропитания. Это еще более ухудшило положение в сельскохозяйственных районах11 .


Оккупационные власти полностью осознавали серьезность ситуации. Для снижения оккупационных расходов часть армии возвращалась на родину, снижалась зарплата солдатам и сокращались другие военные расходы. В октябре 1941г. из Италии и Германии в Грецию приехали специалисты по экономическим вопросам, которые в сотрудничестве с политическими представителями и военным командованием должны были изучить меры, необходимые для сохранения финансов и греческой экономики, обеспечивая при этом оплату военных расходов. На них возлагался контроль за уровнем безработицы и использованием депортации рабочих в другие районы страны, закрытие границы с Фракией, чтобы перекрыть приток беженцев. Следовало также изыскать возможности по увеличению импорта зерна, кормов, картофеля, химических удобрений и сырья для промышленности из Балканского региона и Турции. Сложность состояла в необходимости принимать во внимание военно-морскую блокаду, введенную англичанами в Средиземном море. В этот чрезвычайный план входило восстановление морских и сухопутных транспортных путей, в частности, железнодорожных линий Афины – Салоники и Салоники – Белград. Последнее зависело от активности Сопротивления в Югославии. Согласно докладу «Финансы и экономика Греции», нужно было срочно «обеспечить потребности в семенах, минеральных удобрениях, необходимых для сельского и лесного хозяйства Греции. Это могло обеспечить урожай пшеницы для выпечки хлеба и кормовых сортов, картофеля» 12 .


Для борьбы с черным рынком предлагалось ввести налог с торговых операций и подоходный налог в стране, где прямые налоги обычно выплачивались по окончании года. Инфляцию предполагалось смягчить в результате изъятия банковских билетов большого достоинства и введения ваучерной системы налога на 5-10%, что, в конечном счете, привело бы к изъятию из денежного обращения около 5 млрд. драхм. Что касается оккупационных расходов, то немцы не считали, что общая экономическая ситуация существенно изменится, даже если часть этих оккупационных расходов они возьмут на себя. Но этот факт был бы важен с психологической точки зрения. В документе отмечалось, что «его влияние может быть значительным для чувств греческого населения [и] он показал бы, что интересы Рейха направлены на оказание экономической, политической и финансовой помощи в укреплении греческого государства, в результате чего и инфляционные тенденции меньше скажутся на населении» 13 .


В этой ситуации действия оккупационных властей находились в противоречии с «добрыми намерениями» по ее улучшению. Итальянцы и немцы, по сути, монополизировали торговлю с Грецией, создав два общества с ограниченной ответственностью – германо-греческое «Degriges» и итало-греческое общество SACIG, созданное в августе 1941 г. по примеру Degriges. SACIG, директором которого был Еудженио ди Пиетро, организовал общий центр для коммерческих сделок между Италией и Грецией по очень выгодным ценам для Италии. К SACIG присоединилась итальянская компания Восточного Средиземноморья (CIOM), основанная для эксплуатации минеральных ресурсов Греции. 


В марте 1942 г. итальянское, немецкое и греческое правительства подписали соглашение об объеме оккупационных расходов. Месячная плата за обслуживание иностранных войск равнялась полутора миллиардам драхм; эта сумма распределялась правительством Греции между Италией и Германией в равных долях – по 50%. Любое превышение этой суммы изымалось из Национального Банка Греции, который фиксировал ее в специальных счетах в драхмах. После постепенной девальвации греческой валюты, оккупанты попытались индексировать размер суммы. В той же пропорции распределялись средние цены на 13 продуктов питания, но их общая стоимость не должна была составлять более 8 млрд. драхм. Превышение квоты в соответствии с индексом общей суммы изымались со счета в Национальном Банке Греции (счет № 1) и с 1 апреля 1943 г. стали возвращаться в ежемесячные платежи равными 10% от баланса. Согласно последующим соглашениям, срок действия этого правила продлевался до 1 июля. Немцы, хоть их войск на территории Греции было меньше, чем итальянских, с августа 1941 по март 1943 гг. получили из греческой государственной казны в общей сложности 187.917.000.000 драхм, а итальянцы 71.970.000.000. В августе 1943 г. немцы взяли еще 100.000.000.000 драхм, и если оборот валюты до мая 1941 г. составлял 19 млрд. драхм, то ко времени итальянского перемирия в сентябре 1943 г. он достиг 1000 миллиардов14.


В январе 1943 г., в преддверии британского наступления, по всей Греции начались работы по укреплению обороны. С греческим правительством было заключено новое соглашение о дополнительном денежном снабжении в размере 20 млрд. драхм в пользу держав оси: треть этой суммы предназначалась Италии и две трети – Германии. Эти деньги перевели на отдельные счета (счет № 2) для правительств двух стран. Процедуру возмещения расходов предполагалось выработать позже, и ее предполагалось завершить после всех действий, предусмотренных счетом № 1. 


В мае 1943 года оккупационные расходы, которые взимались с греческого правительства, вновь выросли, так как индексация, соответствующая инфляции, распространялась уже не только на 13 продуктов питания, но и на цены на некоторые сырьевые материалы, необходимые для военных нужд, и на топливо. В результате весной 1943 г. греческое правительство ежемесячно предоставляло оккупационным властям 6 млрд. греческих драхм. В этой ситуации само коллаборационистское правительство в целях сокращения расходов намеревалось ввести в действие инфляционную политику. В докладе, составленном для Министерства Иностранных Дел Италии, отмечалось: «Уже давно греки давали понять, что любую сумму, требуемую нами, они будут оплачивать. Десять, двадцать, пятьдесят, сто миллиардов в месяц? Они их дадут. Что все это значит? [...]. В течение трех месяцев у власти находится правительство, которое имело и имеет статус автономного и может принимать законы без нашего предварительного согласия. Они стали думать: почему приехали к нам экономические эксперты? Почему они должны изымать из страны деньги, необходимые для Вооруженных Сил. Так как греческое правительство готово дать все, что мы запросим, что еще могут здесь делать экономические эксперты?»15.


Все это беспокоило итальянские официальные лица. Это было «очень серьезно», поскольку, как отмечалось в документе, «драхмы, в конце концов, отправятся в ад, а правительство не только не беспокоится, но поддерживает это положение вещей». Инфляция «обслуживает только один интерес – интерес наших врагов; греческое правительство в целях обеспечения рационального использования ресурсов страны нами, думает, что возможно мы заинтересованы в создании финансовой неразберихи» 16 .


Перед растущими потребностями оккупантов коллаборационистское правительство Греции решило уступать им путем политики сначала контролируемой, а затем неконтролируемой инфляции, пытаясь добиться того, чтобы оккупационные власти сами оплачивали содержание своих войск на территории Греции. Это привело в августе 1943 г. к фидуциарной циркуляции 1000 млрд. драхм, что означало, что за 28 месяцев оккупации оборот денег на рынке увеличился в 500 раз. В конце войны общая стоимость оккупационных расходов составила 7.887.227 фунтов стерлингов в золоте, из которых 2.213.954 было предоставлено Италии, а остальные 5.670.000 – Германии.


Меры, предусмотренные оккупантами для регулирования финансово- экономических отношений с Грецией, многие из которых остались только на бумаге, не улучшили положение страны. Напротив, с 1938 по 1944 гг. производство животноводческой продукции упало примерно на 60%. Выплавка железа, никеля, хрома и других металлов с 1939 по 1942 гг. снизилась с 802.650 до 16.583 тонн, из которых 16.084, связанные с хромом, использовались в военной промышленности Германии17 .




Оккупационный режим тяжелейшим образом сказался на положении населения Греции. Зимой 1941-1942 гг. в Греции начался страшный голод, который унес тысячи жизней. Особенно высока была смертность в Афинах и Пирее. Исследование причин этого явления, проведенное в Греции после окончания войны, позволило сделать заключение о том, что голод «не был результатом стихийного бедствия, неизбежно связанного с войной. Он был скорее результатом политики экономического разграбления, проводимой ответственными лицами оккупационного режима. Таким образом, голод был отнесен к случаям серьезных нарушений международного права» 18 . Итальянский историк Давиде Конти по этому поводу выразился еще более жестко: «Поведение военных властей осудило мирное население на голод, потому что эти власти, согласно политике Рима, должны были только сообщать греческому правительству о развитии ситуации, не допуская никакого прямого вмешательства с их стороны» 19 .


Можно согласиться с оценкой, данной политике оккупантов греками: оккупационные власти с самого начала пытались исправить ситуацию, которую они сами создали, хотя их политика отличалась большой противоречивостью.


Италия, в самом деле, вскоре поняла серьезность ситуации, и в июле 1941 г. начались поставки продовольствия в Грецию. Большую роль в этом сыграл Комитет Красного Креста. 30 октября 1941 г. в Афины отправился делегат Итальянского Красного Креста20 . Там он провел встречи с представителем Международного Красного Креста Робертом Брунелем, с главой внешнеполитического ведомства Красного Креста Германии Бартманном, с директором этой организации М. Дзиобеком, с президентом Греческого Красного Креста Йоргосом Афанасакисом, с одним из его сотрудников А. Занаси и с генеральным консулом Турции Инаетуллахом Кемалем Озкая. В ходе этих встреч наметились общие линии распределения помощи. Итальянский делегат, который говорил о «срочной необходимости» содействия в ее оказании, лично проследил за распределением первой партии сухого молока, прибывшего из Италии. В докладе от 24 ноября он заявил, что «младенческая смертность достигла уровня, который не может не вызывать озабоченности», и что «греческий народ не получит, в конечном итоге, никакой пользы от присылаемой помощи, если мы не сумеем спасти детей». Он включил в рапорт статистические данные о смертности в Афинах, согласно которым в сентябре 1940 было 613 смертных случаев, а спустя год это число более чем удвоилось и составило 1351 человек. Показатель младенческой смертности за этот период увеличился с 7% до 35 – 40% 21 .


1 сентября 1941 г. делегат греческого Красного Креста Афанасакис предложил создать комитет из делегатов организаций Красного Креста разных стран. Министерства иностранных дел в Риме и Берлине положительно оценили это предложение. Против выступал только представитель итальянского Красного Креста, потому что его президент Амвросий Клеричи утверждал, что подобный комитет «придаст международный статус помощи, которая до сих пор лежала на плечах только итальянского Красного Креста. В Афинах, – писал он, – все знают о мерах, принятых итальянским правительством с целью направить (в Грецию. – М.К.) значительное количество продовольствия» 22 . Тем не менее, комитет был сформирован. Первоначально его состав ограничили представителями итальянского, немецкого и греческого Красных Крестов и Робертом Брунелом, представителем Международного Красного Креста. Но в течение 1942 г. Комитет приобрел международный формат. В конце 1941 г. начались поставки итальянской помощи и благодаря работе будущего папы Иоанна XXIII, Анджело Джузеппе Ронкалли, который в те годы был апостольским нунцием в Турции и Греции, а также благодаря архиепископу Бернардини, нунцию в Берне. Делегат Международного Красного Креста доктор Марсель Жюно обратился непосредственно к итальянской делегации в Анкару с предложением оказать помощь в доставке продовольствия для гражданского населения Греции в размере 50.000 тонн. Эти усилия заслуживали похвалы, но остановить распространение голода в стране им не удалось23


В начале января 1942 г. министерство Иностранных дел Италии сообщило президенту итальянского Красного Креста, что оно получило предложение от шведского Красного Креста использовать шведские суда для перевозки продовольственной помощи для греческого населения. Муссолини, ссылаясь на записку, подписанную Галеаццо Чиано, «приказал, не только принять предложение, но заявил, что Международный Комитет Красного Креста должен быть заинтересован в осуществлении перевозок продовольствия гражданскому населению Греции через нейтральные страны». Оставалось решить одну проблему: препятствием могла стать продолжающаяся британская военно-морская блокада. Но информация, публиковавшаяся в зарубежной прессе, свидетельствовала о возможности того, «что британское правительство позволит, при выполнении определенных формальностей, смягчить английскую морскую блокаду для оказания помощи гражданскому населению». Чиано было поручено наладить непосредственный контакт с Международным Красным Крестом и быть постоянно в курсе о ходе переговоров24 . 30 января 1942 г. президент итальянского Красного Креста сообщил в Женеву об инструкциях, полученных от Чиано, и 9 марта президент Международного Комитета Красного Креста Хубер в письме в Рим подчеркнул важность осуществления регулярных перевозок пищевых продуктов между Италией и Грецией25 .


По запросу шведского Красного Крестa правительства Великобритании и Соединенных Штатов представили свой проект распределения пшеницы, которую предполагалось закупить специально для этих целей в Канаде: распределение предполагалось наладить под исключительным контролем международных организаций. Державы Оси дали согласие на этот проект, постановив, что реализация проекта должна координироваться шведским Красным Крестом. В 1941 г. Швейцарскому Красному Кресту, по сути, также удалось вывезти в Афины сгущенное молоко, витамины и медикаменты; одновременно один турецкий корабль прибыл в Пирей с грузом пшеницы26. Итальянцы получили в обмен 63.000 кг молока для итальянского населения в Восточной Африке. Международное движение Красного Креста в Афинах назначило своим главой швейцарца Жана Аммана, обладавшего опытом работы в чрезвычайных условиях: он уже работал в Испании во время гражданской войны. 


В июне 1942 г. в штаб-квартире Международного Красного Креста в Женеве и Берне состоялось обсуждение ряда вопросов оказания помощи с незадолго до того созданным Объединенным комитетом по чрезвычайной ситуации в Греции. В частности, рассматривался вопрос о распределении канадской пшеницы; о том, как добиться прекращения британской военно-морской блокады Греции; и вопрос о составе Международного комитета Красного Креста, который должен был отправиться в Афины через некоторое время. После различных консультаций, проведенных при посредничестве Швейцарского Красного Креста, все бюрократические трудности оказались позади. 


Миссия Международного Комитета Красного Креста во главе с Раймондом Корвусие прибыла в Афины в октябре 1942 г. и сразу же приступила к работе вместе с греческими властями. Они создали совместный Комитет по чрезвычайной ситуации и помощи Греции (Comité international de la Croix Rouge – CIRC), который возглавил швед Эмиль Сандстр, будущий президент Международного Красного Креста. В него вошли также и итальянские и немецкие гражданские лица и члены Греческого Красного Креста. Комитет сразу же начал заниматься изучением положения в Афинах и Пирее, в других крупных городах континентальной Греции, на островах. Комитет открыл свои представительства в Пелопоннесе, в Аттике, Македонии, на Крите, Лесбосе, Хиосе, Самосе и других островах. Оккупационные власти предоставили им три 10-тонных грузовых автомобиля, пять однотонных грузовиков и две автомашины.


В состав Комитета входили различные отделы. Так, главой детского отдела был швейцарский доктор Д. Фон Фишер. В его рамках функционировал «Комитет пищевых продуктов и питания», который занимался распределением сгущенного и свежего молока для младенцев и детей в возрасте от одного до двух лет. Деятельность Комитета способствовала спасению от верной смерти около 75 тысяч детей. Молоко распространялось в больницах и детских домах. Конечно, возникали трудности из-за состояния войны и оккупации, что мешало осуществлению спасательных работ на постоянной основе. До июля 1942 г. Комитету удалось передавать Греции ежемесячно по 20.000 тонн пшеницы, но, начиная с августа того же года, объем поставок снизился до 15.000. Работами по оказанию помощи частично руководил немецкий Красный Крест, который отправлял продукты через Италию в Грецию. В результате за первый год работы Комитета по чрезвычайной ситуации и помощи из Италии в Грецию было отправлено 770.970 тонн зерновых27


С августа 1942 г. стала регулярно поступать пшеница из Канады, что привело к относительному улучшению ситуации, которая, тем не менее, оставалась сложной. 2 октября 1942 г. полномочный представитель Италии Киджи в сообщении министру иностранных дел страны Г. Чиано следующим образом описал состояние страны: «Условия в Греции становятся тяжелыми, и можно даже думать об отчаянных действиях со стороны населения. Теперь хлебный паек сокращен до 90 граммов в день. Остальных продуктов просто нет. Если сегодня не прибудет в порт корабль, завтра печи не будут работать вообще» 28.


Комитет столкнулся с еще одной трудностью – с проблемами концентрации прибывающей помощи, так как в греческой столице найти единый централизованный депозиторий для пищевой продукции оказалось невозможно. Для решения возникшей проблемы между Афинами и Пиреем и было создано шесть складов. Этот факт будет иметь негативные последствия из-за трудностей транспортировки. Впоследствии распределительные центры были созданы в различных районах Афин, Пирея и Аттики, в других местах. С мая 1943 г. 145 таких центров активно использовались. Производилась частичная регистрация населения, получившего помощь. Нарушений в распределении помощи было мало. Известно около тысячи случаев, необоснованного получения детского питания, например, на ребенка, родившегося мертвым или вообще не родившегося29 .


Согласно отчету о деятельности Комитета по снабжению Афин и Пирея за период с августа 1942 по январь 1943 гг. сгущенное молоко распределялось следующим образом: для детей до 3 месяцев – 55 граммов молока на 0,5 литра воды в день; для детей 12-24 месяцев – 32 грамма молока в 200-х граммах воды; 3-6 лет – 90 граммов молока на 0,5 литра воды; 6- 12 лет – от 50 до 200 граммов молока и 60 граммов муки или какао30 . Установление низких норм выдачи позволило молока помогать большому количеству детей в течение длительного времени31 . Среди продуктов, поставляемых в Грецию, были манная крупа, рис, какао, рисовая мука и сахар.


Медикаменты распространялись в основном в столичных больницах, куда приезжали люди со всей Греции. По сравнению с мирным временем, в больницах сократилось число койко-мест, хотя спрос на них увеличился. 40% лекарств выдавалось нуждающимся бесплатно, за остальные следовало платить. Размер платы составлял от четверти до половины их рыночной стоимости. По данным Совета Комитета, в результате 400 проверок, проведенных в аптеках столицы, были обнаружены только два нарушения32 . Такая же ситуация наблюдалась и в провинции, где лекарства передавались больницам. Даже итальянцы внесли свой вклад в оказание лекарственной помощи, в частности, предоставив большой объем противомалярийных препаратов. Нужно отметить, что нехватка лекарств частично была вызвана тем, что еще до начала войны Греция уже сильно отставала в этой области, и до 1940 г. современные лекарства сюда редко доставлялись. К тому же, Комитет нашел плохой организацию логистики, поэтому для него первоочередной задачей стало составить национальную фармацевтическую оценку потребностей. Осуществить эту задачу Комитету удалось с большим трудом33 . В конце 1942 г. появились новые лекарства из Канады и на этот раз кроме больниц их направили в тюрьмы, в учреждения социального страхования, в Центр здоровья в Пирее, в школы жандармерии, в министерство национальной обороны, в некоторые институты, которые заботились о детях и в благотворительные организации. Если учесть, что примерно 40% лекарств оставалось в столице, а 20% направлялось в Македонию, для провинции оставалось всего 40%, то есть по 2-3% на административные центры регионов. 


Среди наиболее распространенных заболеваний была чесотка, которую перенесло большое количество людей в столице. В Пирее особенно распространены были бактериальные трахомы, конъюнктивит.


Делегация Комитета подготовила очень важный документ, на основе которого можно составить представление о положении населения столицы во время войны и оккупации. Он фиксировал данные о количестве заключенных браков, рожденных детей и зарегистрированных смертей с июля 1940 по сентябрь 1942 гг. Согласно этим сведениям частота браков колебалась: в декабре 1940 г. насчитывалось 379 браков; в июле 1941 г. – 743. Данные о рождаемости выглядят так: в 1940 г. родилось около 1500 детей, а спустя ровно девять месяцев после начала войны, в августе 1941 г., эта цифра упала до 811, в феврале 1942 г. поднялась до 1323 новорожденных. Новый спад рождаемости наблюдался в мае (873) и в сентябре 1942 г., когда родилось всего 462 ребенка34 .


Война привела и к росту смертности. До войны ежемесячно в столице умирало около 1200 человек, то год спустя с момента начала конфликта, в ноябре 1941 г., умерло 4494 человека, в следующем месяце уже 6615, в январе 1942 г. – 6357; затем началось постепенное снижение смертности: в сентябре 1942 г. – до 2028 человек. Месяцы, в течение которых смертность росла, пришлись на голодную зиму 1941-1942 гг. (на «черную зиму», как называют ее греки). Среди умерших преобладали дети до 4 лет и пожилые люди старше 60 лет. Среди этих категорий число смертей по сравнению с предыдущими годами выросло втрое. Больше всего умерших зарегистрировано среди среди мужчин от 40 до 59 лет. Они умирали в три, а иногда и в четыре раза чаще, чем раньше. Количество насильственных смертей, к которым мы относим и умерших от голода, мужчины составляли большую часть. Смертность от туберкулеза и других инфекционных болезней не была столь высокой. Соотношение здесь составляет 1 к 3.


В категории насильственных смертей оказалось 50.000 человек, умерших от голода в столице в период с октября 1941 по сентябрь 1942 гг., с тенденцией около 700-900 смертей в неделю в худший период. Это увеличение смертности соотносится со снижением норм распределения хлеба, которые упали ниже 300 граммов в день в ноябре 1941 г. Количество выдаваемого хлеба стабилизировалось на уровне 1300-1500 граммов, только начиная с апреля 1942 г. Смертность, однако, не была прямо пропорциональной распределению хлеба, она зависела также от погодных условий, потому что люди, уже ослабленные нехваткой продовольствия, умирали из-за холодов, особенно сильных в ту зиму35.


По сравнению с довоенным периодом уровень смертности увеличился в среднем на 2,5%, а в феврале 1942 г. – на 5,29%. На самом деле, население Афин во время войны выросло, несмотря на запрет на проживание в столице для иногородних. Но верно также и то, что во время войны статистика весьма приблизительна, и что многие прибывшие в Афины не регистрировались. Поэтому нельзя сказать, что уровень смертности не соответствует реалиям. В случае если бы число беженцев регистрировалось статистикой, мы должны были бы увидеть и увеличение рождаемости пропорциональное уровню смертности. Однако такого соответствия нами не было найдено. Данные Делегации Комитета Красного Креста подтверждаются сообщением апостольского нунция Ронкалли, который писал, что с 1 октября 1941 г. и до 30 сентября 1942 г. в Афинах и Пирее погибли 49188 человек36 .


За пределами столицы ситуация варьировалась от региона к региону и даже от одного года к другому. На Кикладах, где в 1940 г. проживало 134.299 человек, смертность на 1000 человек с 0,92 в ноябре 1940 г. повысилась до 4,49 человек в ноябре 1941 г. Год спустя она снизилась до 2,49 человек. Сравнение уровня смертности с января по апрель 1940 г. по 1942 г. является еще более значительным: в январе 1940 г. смертность составила 1,71 на 1000 жителей, в январе 1942 г. – 10,2; в феврале 1940 г. – 1,51 и в феврале 1942 г. – 8,58; в марте соответственно – 1,18 и 9,2, в апреле – 1,09 и 6,87 37 .


Возвращаясь к вопросу о помощи, следует отметить, что в некоторых случаях гражданские оккупационные власти отменяли решения, принятые военными. Так, весной 1943 г., когда Международный Красный Крест объявил, что чрезвычайное положение в столице прошло, немцы объявили, что «они не одобряют в принципе тот факт, что суда из Канады, как было до сих пор, могут приплывать к любому из островов, оккупированных немцами или итальянцами». Гражданским властям удалось договориться только относительно судна «Wiril», которое плавало между Пиреем, Критом и Митиленой, доставляя зерно в обмен на масло38 .


Весной 1943 г. Комитет объявил об окончании чрезвычайной продовольственной помощи столице, а в мае ситуация рассматривалась даже как лучшая по сравнению с положением, существовавшим между двумя мировыми войнами: молоко пастеризовалось на месте и распространялось в семи местах города; работали столовые, которые каждый день кормили 125.000 детей в возрасте от 2 до 12 лет. Однако было много детей, работающих на черном рынке труда, а также беспризорников. Это явление нарастало в течение всей войны39 .


Оккупанты пытались поддержать усилия Комитета, и в августе 1943 г., когда в Риме был арестован Муссолини и создано правительство маршала П. Бадольо, когда Италия готовилась к выходу из войны, итальянское правительство предоставило Красному Кресту 180.000 кг риса, 25.000 кг картофеля, 2000 кг сахара, 2000 кг сгущенного и 1000 кг сухого молока, 2000 кг варенья и 12 коробок, в каждой из которых было 1.500.000 противомалярийныx таблеток. Итальянские оккупационные власти в Греции предоставили столовым для мальчиков 2550 кг сыра, 5 тонн сухого молока и лапшу, рис, мясные консервы, сахар, джем, швейцарский сыр и мясо. От немецкой экономической Службы [Wirtschaftsdienst] пришли 20 тонн сахара40.


С 1943 года немецкие и итальянские армии согласовали с международными учреждениями план платежей за пищевую продукцию, захваченную ими ранее. Они были вынуждены предоставить информацию об объеме требуемого продовольствия. Предполагалось, что на основе полученных данных военные компенсируют потери страны. План учитывал калории, потребляемые оккупационными войсками в течение определенного периода времени. Считалось, что Италия обеспечит Греции эквивалент половины импортированного зерна, то есть 7.413 тонн. Немцы послали 11.100 тонн пшеницы для раздачи в Косе, Самосе и Митилене, где 60 тысяч человек по-прежнему нуждались в помощи41 .


В отличие от столицы организовать помощь в провинции оказалось намного сложнее. По данным на сентябрь 1942 г. в общей сложности из 5.467.000 жителей провинции 578 тысяч нуждались в помощи; эта цифра выросла до 1.756.000 в декабре 1942 г. и до 2.031.120 в марте 1943 г. Трудности были следствием нескольких факторов: плохая транспортная система, задержки судов из-за военных запретов, как, например, в феврале 1943 г., когда эти трудности помешали завершить программу помощи. Ситуация обострялась и в связи с тем, что помощь распределялась неравномерно. В то время как в Пелопоннес было направлено почти 90% от планового распределения, то в другие области, такие как Эпир, Этолия, Фокида и Трикала, меньше 40% 42 .


 


После окончания войны греческое правительство сформировало Национальное управление по исследованию военныx преступлений, которое в 1946 г. опубликовало документы под названием «Белая книга. Жертвы Греции во Второй мировой войне». Книга состоит из трех разделов: преступления против мира, политические и экономические преступления. Данные, обнародованные в этой книге, были собраны во время оккупации и обработаны министерствами Реконструкции, Сельского Хозяйства, Экономики и Общественных работ43 .


Во введении говорилось, что цена, которую греки заплатили за оккупацию, была очень высокой, «самой высокой по сравнению с любой другой страной в мире, выше, чем могли себе позволить заплатить государствo и народ». Согласно данным этого издания, начиная с 1940 г. население было сосредоточено в столице, Салониках и Патрах – в трех крупнейших городах страны. Кроме областей Афин и Пирея наиболее густонаселенными местами были побережье Пелопоннеса, Крита и островов. Именно эти густонаселенные местности заплатили самую высокую цену в период оккупации. Потери среди гражданского населения составили: 30.000 человек стали инвалидами, 40.000 человек убитых в ходе военных действий с Болгарией, а 35.000 – в боевых действиях с Италией и Германией. 250.000 покинули зоны, оккупированные болгарами; 30.000 человек были депортированы за рубеж, 250.000 умерли от голода. В итоге, население Греции уменьшилось на 10% 44.


Значительно пострадали наземные и морские транспортные артерии. Известно, что в Греции морские перевозки получили большее развитие, чем наземные. Железнодорожная сеть была сильно фрагментирована еще в процессе ee строительства: существовала линия из Афин до Салоник, продолженная до Турции; на юг железная дорога шла вплоть до Триполи в Пелопоннесе, ее продлили до Патры. В западной части континентальной Греции железнодорожное сообщение отсутствовало. Страна располагала только пятью гражданскими аэропортами, в то время как военных насчитывалось 22. Отечественные авиакомпании соединяли Афины с Критом, Салониками и Яниной.


Большие потери были в сельскохозяйственном производстве. Так, в 1938 г. 1.599.000 га земли были заняты зерновыми; в 1944 г. эта площадь уменьшилась до 1.163.000 га, то есть на 28%. В период 1938–1944 гг. производство зерновых сократилось с 1.668.550 до 1.014.463 тонн, то есть на 40%. Бобовые культуры потеряли 30% посевной площади (с 124.000 гa до 87.000 в 1944 г.), а урожай сократился по сравнению с 1940 г. на 36% (386.340 тонн против 247.390 в 1944 г.). Основное производство табака уменьшилось на 89%, с 48.000 до 5.400 тонн, а его посевные площади сократились с 83.000 до 15.300 га (нa 82%). Хлопок потерял 70% посевных площадей (с 68.600 до 21.000 га) и 75% производства (с 45.300 до 11.300 тонн). Другие культуры потеряли 29% площадей (с 148.600 до 106.500 га) и 41% производства (с 582.658 до 345.288 тонн).


Сбор урожая оливок пострадал меньше, чем другие сельскохозяйственные культуры, потеряв только 16% (снизился с 25.163 тонн до 21.137), и на 16% упало производство масла (с 102.805 до 87.000 тонн). Урожай винограда уменьшился на 66%, с 97.784 до 33.000 тонн; соответствующими (на 66%) были потери греческого изюма, производство которого снизилось с 187.372 тонн в 1938 г. до 63.000 в период оккупации. Фрукты и сухофрукты потеряли 20% производства (с 316.255 тонн до 253.617).


Большие потери понесла промышленность Греции. Выплавка металла снизилась на 90%, как и промышленное производство. 90% крупных мостов, 50% малых и 50% дорог было разрушено. Электростанции производили на 35% меньше электроэнергии; телеграфные линии потеряли 90% своего потенциала.


Внешняя торговля практически прекратилась. До войны Греция экспортировала 802.654 тонн металла – железа, бокситов, никеля, хрома и магния; в 1942 г. экспорт упал на 98%. Кроме того, был заблокирован и импорт; производство продуктов питания в 1941 г. сократилось до 11% по сравнению с довоенным периодом, но в 1943 г. оно поднялись на 22%. Импорт сырья снизился до 5%, поднявшись на 8% только в 1943 г.; импорт промышленных товаров снизился в 1941 г. на 3%, а в 1943 г. – вновь поднялся до 11% . В общей сложности, в этих трех областях производства по сравнению с 1939 г. в 1941 г. снижение составило 94%, а в 1943 г. – чуть менее 88%. Торговля сократилась до 8% в 1941 г. и продолжала снижаться, достигнув 3% по сравнению с данными за 1939 г.


В импорте крупного рогатого скота наблюдалась общая тенденция; падение во время оккупации было практически тотальным (в 1943 г. ввезено 1.866 животных на убой). На 60% сократилось поголовье рабочего скота для фермеров (лошадей, ослов, крупного рогатого скота) и на 50% животных, выращиваемых для пропитания (80% – свиней).


В результате бомбардировок итальянских, а затем итальянско-немецких и болгарских войск было стерто с лица земли множество городов. Пострадали все крупные города Греции – Афины, Салоники, Патра, Калама и др. Город Лариса потерпел самые большие разрушения, наряду с Трикалой, Корфу, Превезой, Яниной, Ираклионом и Ханьей, столицей Крита. Погибло более 25% от всей площади лесов. В некоторых областях уничтожение лесов приобрело катастрофические масштабы, как в Аттике, где Греция потеряла 75% площади лесных массивов.


Было сожжено 1770 деревень, большинство из которых – в районе Превезы и Янины. К концу войны разрушенными оказались 400.600 зданий, то есть 23% от общего довоенного числа. Из них, 165 тысяч были уничтожены пожарами, вызванными оккупантами, 23000 – в результате бомбардировок, 35000 – действиями болгар, а 30.000 – в результате oграбленей. В итоге 1.004.695 жителей остались без жилья.


Инфляция достигла высочайшего пика. Если в 1940 г. в обороте находилось 11 млрд. драхм, в сентябре 1944 г. их количество достигло гиперболических цифр – 7.305.500.000.000.000. Разница между средней заработной платой и ценами на товары первой необходимости выросла в шесть раз в июне 1941 г., а в 1943 г. – примерно в 10.000 раз.


Потери внутреннего производства, внешней торговли и инфляция оказали непосредственное влияние на потребление продуктов питания населением. В среднем семье из Афин, которая в 1939 г. потребляла в день 31 граммов мяса на человека, в марте 1942 г. были доступны 8,2 граммов, а в марте 1943 г. – 6,4 грамма. Потребление рыбной продукции снизилось с 27 граммов на человека в 1939 г. до 5 граммов в 1942 г. и 4 грамма в 1943 г.; яиц – с 5 до 0,5 шт. на человека, сыра – с 11 до 0,5 граммов, картофеля – с 60 до 24 граммов.


В 1939 г. 35% населения использовало более чем 2500 калорий в день, 47% – от 1800 до 2500, 16% – 1200-1800, а 2% – 600-1200 калорий. С ноября 1941 по март 1942 гг. в первой категории мы не находим ни одного человека, a 4% оказались во второй, 18% – в третьей, 63% – в четвертой и 15% – в новой категории, среди тех, кто потреблял от 0 до 600 калорий в день. В период января – апреля 1943 г. 6% населения относилось к первой категории, 34% – ко второй, 47% – к третьей и 13% – к четвертой. Пятая исчезает.


Основными причинами смертности в довоенной Греции были болезни (туберкулез и кардиологические заболевания), естественная и насильственная смерть. Данные, собранные греческим комитетом сразу после войны, свидетельствуют об увеличении смертности в течение нескольких месяцев, с октября 1941 по апрель 1942 гг. В Афинах в октябре 1941 г. из 2632 смертей 447 были следствием голода: в ноябре – 1743 из 5061, в декабре – 3504 из 7252, в январе – 1942 г. 3495 из 7021, в феврале – 3419 из 6164, в марте – 3623 из 6088 и в апреле 1942 г. – 2087 из 3948. Ежемесячное количество смертей в столице сохранялось в течение 1942 г. между 3000 и 2500, а в следующем году снизилось до 2000. В целом, уровень смертности по сравнению с 1939 г. увеличился почти в семь раз в течение нескольких месяцев после начала оккупации.


Среди оккупантов больше всего отличались своей жестокостью в отношении греческого населения болгары; убийства и систематические разрушения жилых домов стали правилом в зонах, оккупированных ими, и поэтому греки предпочитали бежать на территорию, находящуюся под контролем немцев.


Что касается итальянцев, в докладе говорится о том, что в начале оккупации они позволяли албанским бандам действовать в Северном Эпире. Наиболее пострадавшими городами оказались Ранова, Кимира, Нивица, Луково, Пикерни, Раваники, и другие, где албанцы захватывали заложников и убивали их в среднем от 100 до 150 человек в каждом населенном пункте. Только позже, с 1942 г., итальянцы присоединились к немцам в репрессиях против населения. В период между 1943 и 1944 гг. из Салоник депортировали 52.000 греческих евреев: 6650 – из Афин, 1850 – из Ианнина, 1900 – с Корфу, 1218 – из Кавалы, 300 – с Закинф, 200 – с Лефкады. В общей сложности из Греции выслали 72.606 человек. Из них 4212 депортировали болгары. 45.000 греческих солдат и 15.000 гражданских лиц бежали в Малую Азию, 50.000 человек отправили в качестве заложников в Болгарию, 30.000 – в Германию и 10.000 – в Италию. В Польшу, если добавить евреев, депортированных из Додеканеза в 1944 г., прибыло около 60.000 греческих евреев. Из 210.000 человек, которые эмигрировали во время войны, половина никогда не вернулась в Грецию.


В самой Греции, кроме умерших от голода, были потери и по иным причинaм: 15.700 человек погибли во время итало-греческой войны, 3000 вследствие итальянских бомбардировок, 8000 – во время войны против немцев, 50.000 погибли во время освободительной войны, 4000 – в результате бомбардировки союзников. 1100 человек погибли в армии союзников на других европейских и африканских фронтах, 3500 – на судах торгового флота. В общей сложности погибло 400.000 человек. По заключению греческих властей, без оккупации население страны могло бы увеличиться от 300.000 до 410.000 человек, включая людей, которые эмигрировали и не вернулись.


* * *


Война и оккупация нанесли большой урон Греции в различных сферах общественной жизни – социальной, экономической, финансовой, демографической. После освобождения греческое правительство оказалось перед необходимостью поиска средств для восстановления страны и ликвидации материального ущерба, причиненного оккупантами. На Парижской мирной конференции Афины поставили вопрос о компенсации потерь Италией, Германией и Болгарией, а также о возвращении территорий, оккупированных во время войны или до ее начала, и о передаче Греции Додеканезских островов 45 .


Кроме того, Греция добивалась осуждения военных преступников. Для этой цели уже в 1943 г. Объединенными Нациями в Лондоне была образована Международная Комиссия по военным преступлениям, в обязанность которой входило рассматривать запросы отдельных стран по экстрадиции тех лиц, которые обвинялись в совершении преступлений. В большинстве случаев, однако, виновники преступлений, совершенных в Греции, остались безнаказанными. Причин много: прежде всего внутриполитическая ситуация в стране не позволяла ее дипломатии постоянно заниматься многими важными вопросами, которые встали в конце оккупации. В частности, помешала этому начавшаяся в 1946 г. вторая гражданская война (первая шла всего два месяца – декабрь 1944 – январь 1945 гг.), которая продолжалась до 1949 г., а в некоторых районах страны она закончилась только в 1950 г. К тому же, за это короткое время в Афинах одиннадцать раз менялись правительства.


На Парижской мирной конференции Греция поставила вопрос о финансовой компенсации ущерба, нанесенного оккупацией со стороны Италии, Болгарии и Германии. Только первые две страны смогли удовлетворить требования Греции. Что касается Германии, она до сих пор не внесла в казну греческого государства ни одного доллара.


По решению Парижской мирной конференции все территории, оккупированные державами Оси, возвращались Греции, которая стала также обладательницей Додеканеза. Бесплодными, однако, оказались ее надежды на присоединение острова Кипр. Не прошло предложение Афин о получении мандата на бывшие итальянские колонии, оккупированные во время военных действий англичанами.


Источники


1. В правительство Тсолакоглу входили только военные, которые думали, что смогут воспользоваться немецкой оккупациeй, чтобы положить конец итальянским территориальным притязаниям к Греции. См. об этом: Кирьянкидис Георгиос Д. Греция во второй мировой войне. М.: Наука, 1967; Шеменков К.А. Греция: проблемы современной истории. М.: Мысль, 1987.
2. На Кикладах и на Ионическиx островаx итальянцы ввели новые драхмы; на купюрах стояла надпись на итальянском языке «Casa Mediterranea» и «Dracma Ionia».
3. Messager d’Athens. 1939, 10 septembre.
4. Messager d’Athens. 1939, 12 septembre.
5. Documento tedesco senza data, ma non posteriore al novembre 1941// Economia e Finanze della Grecia. In Archivio Storico del minister Affari Esteri (далее ASMAE), Gabinetto del ministro e della segreteria generale 1923-1944, serie V, Grecia Ufficio Armistizio Pace, B 1486 (1-AP21), AG Grecia PG. P. 11.
6. Fleischer H. In Kreuzschatten der Mächt: Griechenland 1941-1944. Frankfurt a/ Mein: Peter Lang, 1986. T. 1. S. C. 118.
7. Documento tedesco senza data, ma non posteriore al novembre 1941// Economia e Finanze della Grecia. In ASMAE, Gabinetto del ministro e della segreteria generale 1923-1944, serie V, Grecia Ufficio Armistizio Pace, B 1486 (1-AP21), AG Grecia PG. P. 11.
8. Ibidem.
9. Ibidem.
10. Dmitrios Magkriotis. Thisiai tis Ellados kai Egklimata katochis kata ta eti 1941-1944. Athina, 1949. Σ. 36.
11. Documento tedesco senza data, ma non posteriore al novembre 1941// Economia e Finanze della Grecia.In ASMAE, Gabinetto del ministro e della segreteria generale 1923-1944, serie V, Grecia Ufficio Armistizio Pace, B 1486 (1-AP21), AG Grecia PG. P. 11.
12. Ibidem.
13. Ibidem. P. 17-18.
14. ASMAE, Affari Politici 1931-1945, Dodecaneso (1938), Busta 16, Rapporti Politici//Situazione monetaria della Grecia. Senza data ma riferibile al 1945.
15. L’incaricato speciale del regio governo italiano per le questioni economiche e finanziarie in Grecia Fagiuoli,Atene, 26 giugno 1943. InASMAE, Gabinetto del ministro e della segreteria generale 1923-1944, serie V, Grecia Ufficio Armistizio Pace, B 1486 (1-AP21), AG Grecia 28, Questioni Economico-finanziarie.
16. Ibidem.
17. Dimitrios I. Magkriotis. Thisiai tis Elados kai Egklimata katochis kata ta eti 1941-1944. Athina, 1945. Σ. 50-52.
18. Santarelli L. La violenza taciuta. I crimini degli italiani nella Grecia occupata//Luca Baldassira e Paolo Pezzino (под редакцией). Crimini e memorie di Guerra. Napoli: L’Ancora del Mediterraneo, 2004. P. 279.
19. Conti D. L’occupazione italiana dei Balcani. Roma: Odradek, 2008. P. 177.
20. В найденных нами документах имя итальянского представителя Красного Креста не названо, а подпись его не поддается расшифровке. 21. ASMAE, AP Grecia, busta 21, Invio di soccorsi alla Grecia, Croce Rossa Italiana, Delegazione per la Grecia, alla presidenza generale della C.R. e per conoscenza al ministro degli Affari Esteri e alla Rappresentanza d’Italia in Grecia, Atene, 24 novembre 1941.
22. Ibidem. Croce Rossa Italiana, Comitato Centrale al ministero degli Esteri, Roma, 28 novembre 1941.
23. Ibidem. Invio di soccorsi alla Grecia, telespresso 05056, ministero Affari Esteri, gab. A.P. Grecia.
24. ASMAE,AP Grecia, busta 21, Invio di soccorsi alla Grecia, Ministero degli Esteri alla presidenza della Croce Rossa Italiana, riservato, 28 gennaio 1942, firmato Ciano.
25. Макс Губер председателю Итальянского Красного Креста, Женева, 9 марта 1942 //Ibidem.
26. ASMAE, AP Grecia, Busta 21, Invio di Soccorsi alla Grecia, telegramma 44783 da ambasciata italiana di Ankara a Roma del 18 dicembre 1942. 27. Appunto del 22 agosto 1943 del ministero degli Esteri in ASMAE, Gabinetto del ministro e della segreteria generale 1923-1944, serie V, Grecia Ufficio Armistizio Pace, B 1486 (1-AP21), Situazione Grecia AG Grecia PG.
28. Ciano G. Diario 1937-1943. Milano: Bur, 1990. 1942. 2 ottobre.
29. Γενικά Αρχεία του Κράτους (далее ГАК), К51, Εμμανουιλ Τσουδερου, φακελος 12, υποφακελος А, 1943. Σ. 11b.
30. Ibidem.
31. Ibidem. Σ.18/5. 32 Ibidem. Σ. 11б.
33. Ibidem. Σ. 17-18.
34. Ibidem. Σ. 21.
35. Ibidem. Σ. 21/4.
36. Appunto del nunzio Roncalli del 24 novembre 1942 г. // Actes et documents du Saint Siège relatifs à la Seconde Guerre Mondiale/ Città del Vaticano, Segrétairerie d’Etat de sa Sainteté, T. VIII (1974) / P. 722.
37. ГАК, К51, Εμμανουιλ Τσουδερου, φακελος 12, υποφακελος А, 28 του φεβρουαριου 1943. Σ. 24.
38. Ibidem. 1943, Memorandum regarding variuos transports questions connected qith Greek relief, 1 june 1943. Σ. 35.
39. Ibidem. 5 του μαιου 1943. Σ. 60/1 – 3.
40. ГАК, К51, Εμμανουιλ Τσουδερου, φακελος 13, Η έκθεση της М. Messerli, Πρόεδρος της Ελβετικής Εταιρείας ̶ελληνικής φιλίας, Λωζάνη, Αύγουστος 1943. Σ. 71.
41. Ibidem. Σ. 118/5.
42. ГАК, К51, Εμμανουιλ Τσουδερου, φακελος 13, Σημείωση Bengt Gelgera, Αθήνα, 8 Ιούνη 1943. Σ. 179/1 – 7.
43. Книга опубликовонна в 1946 г. Вся документация о ее подготовке находится в ГАК, К300.
44. Цит. по: Le Calvaire de la Grèce: Quatre Années de Lutte, de Souffrances et de Gloire. Paris: Le Bureau Hellenique d’Information, Paris, Rue Auguste – Vacquerie.
45. Додеканез был оккупирован Италией в 1912 г. в ходе итало-турецкой войны за Триполитанию и Киренаику. В 20-х гг. все острова архипелага стали частью итальянского государства.

Кстати, все актуальные публикации Клуба КЛИО теперь в WhatsApp и Telegram

подписывайтесь и будете в курсе. 



Поделитесь публикацией!


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.
Наверх