ПОИСК ПО САЙТУ


Д.Заславский. Взволнованные лоботрясы



Автор: Д.Заславский.
Москва, Издательство политкаторжан, 1931


До того, как мне попалась брошюра Николадзе, я и понятия не имела о «Священной дружине». Заинтересовалась. Интернет – хороший помощник, если его использовать как библиографический каталог, а не считать источником достоверной информации. Из всего предложенного (немногочисленного) материала выбрала книгу Давида Заславского «Взволнованные лоботрясы», - во-первых, название – восторг!, во-вторых, она есть в нашей библиотеке. «Взволнованные лоботрясы» - очень подробное изложение истории «Священной дружины»: и что это за организация, и кто за ней стоит, и цели, и задачи, и методы. Но, конечно, при чтении следует делать поправку на личность автора. 

Давид Иосифович Заславский – блестящий журналист. Все превосходные эпитеты, какие можно применить к профессионалу, я бы к нему применила. Виртуоз в своей профессии. Мастер фельетона, блестяще образованный эрудит, словом владеет как Д”Артаньян шпагой, очень убедительный и абсолютно беспринципный. Его биография есть в Википедии, и там обозначены все вехи его большого пути. В 1917-м видный «бундовец», разоблачавший большевиков и немецкого шпиона Ленина, в 1918-м сотрудничает в меньшевистской прессе, а уже с конца 1920-х - один из ведущих советских журналистов, работает в «Правде», пишет редакционные статьи (то есть те, что представляют официальную позицию правящей партии). Именно Заславский «оформлял» гонения на Шостаковича, Мандельштама и Пастернака, обличал «безродных космополитов». И ни в одной сталинской чистке он не пострадал. И в послесталинских не пострадал. Словом, персонаж, с точки зрения борцов с нашим проклятым прошлым, омерзительный и категорически нерукопожатный. 

Но впритирку с именем Давида Заславского в истории советской журналистики стоит еще одно имя – Михаила Кольцова, тоже «правдиста», журналиста №1 в довоенные годы, автора «Испанского дневника».  

«Редакционный коллектив можно сравнить с большим оркестром. Если такое сравнение законно, то надо вспомнить, что ближе всего к дирижеру расположены первые скрипки. Они сидят по двое. Много лет подряд я сидел в первой паре с М.Е.Кольцовым за фельетонным пультом. Кольцов был солистом и концертмейстером для всех нас, фельетонистов. Я был при нем второй скрипкой», - это из воспоминаний Давида Заславского. 

В Википедии биография Михаила Кольцова выглядит отнюдь не так «нерукопожатно», как биография Давида Заславского: на пике карьеры в 1938-м арестован, расстрелян, в 1954-м реабилитирован. Его именем названы улицы в нескольких городах, на здании, где была редакция «Огонька» - мемориальная доска, и «Последний адрес» его не забыл – прикрутили табличку к Дому на набережной. Так что Кольцов – вполне себе герой и нашего времени.
 
Между тем, Д.Заславского от М.Кольцова отличает только одно человеческое качество – умеренные амбиции. Оба они были блестящими профессионалами, оба использовали свои таланты и умения, чтобы жить в нищей стране не просто интересно, хорошо и богато, а очень хорошо и богато, а для этого оба всегда играли только на стороне победителя. Если победа уходила к противоположной стороне, они меняли сторону (что отлично показал 1918 год, тогда оба – и Заславский, и Кольцов – сотрудничали с антибольшевистской газетой в Киеве). Но в дальнейшем притязания Заславского ограничились литературной сферой, а Кольцов решил стать игроком в Большой Политике, за что и поплатился. Ну а потом пошли в ход приемы «второй древнейшей»: родственники и знакомые «пиарили» Кольцова как жертву тирана с конца 1950-х. И это был грамотный пиар, вполне достойный журналиста №1.

Журналист – он все-таки не игрок, он – обслуга. Его дело – не перевирая и не слишком передергивая, представить факты так, как это выгодно заказчику. Правда, заказчика он может выбрать сам. 

Все сказанное выше отнюдь не означает, что текстам журналистов нельзя доверять. Нужно просто уметь их читать, отделяя факты от авторской оценки. Асы журналистики факты не перевирают. И «Взволнованные лоботрясы» Давида Заславского по фактам вполне отражает и сложившуюся в Российской империи политическую ситуацию начала царствования Александра Третьего, и разброды и шатания внутри нашей революционной эмиграции, и деятельность пресловутой «Священной дружины» - «тайного ордена» аристократов, дублирующего тайную полицию. И главное - благодаря этой книге можно получить представление, как работала (и работает) медиа-пропаганда, и как ловко можно провести нужные правительству идеи через печатные органы оппозиции. 

Татьяна Кравченко



Отрывок из книги 

(…)Авторское право на идею присваивает себе С.Ю.Витте. Он был тогда еще сравнительно скромным железнодорожным чиновником в Киеве и только начинал свою блестящую карьеру. Дебютировал он, надо признать, превосходно, и сразу же обратил на себя внимание нового царя.  Сейчас же после первого марта ему пришла в голову идея борьбы с революционерами средствами самих же революционеров, то есть подпольной подготовкой террористических контрреволюционных актов. Это называлось тогда «кинжал за кинжал». 

У Витте была не только замечательная идея, но и в своем роде замечательный дядя, генерал Фадеев, странствующий полководец, организатор египетской армии, славянофил и реакционный публицист, носившийся с идеей созыва земского собора для одоления революции (…)

(…)Летом 1881 года русская эмигрантская Женева – как и вся политическая Россия, - томилась в раздражительной, нервозной тоске. Все чего-то ожидали, - новых выступлений, новых покушений, народного движения, амнистии, конституции, - и ничего не было. Из России приходили известия об арестах и репрессиях и недостоверные слухи о том, что исполнительный комитет Народной Воли выжидает и готовит новые покушения. Закрадывались сомнения, но их еще не высказывали. Созревала готовность к переоценке прежних путей борьбы, но еще подавляло впечатление от дела 1-го марта. «Молодежь верила в террор как в бога», - по выражению Плеханова.

В знаменитом кафе Грессо, где собирались русские эмигранты, - служившем одновременно форумом, клубом и биржей труда, - было затишье. Завсегдатаи побавлялись мелкими слухами и сплетнями из жизни колонии: крупных событий не было (…)

(…)8 августа 1882 года вышел, наконец, первый номер «Правды». Вопреки всяким ожиданиям, синица моря не зажгла. Дебют оказался пустым и бесцветным. Неудивительно: сам Климов ничего путного написать не мог и осторожно назвал свою газету органом чисто информационным.

В «Правде» Александр III именовался не иначе как «коронованный тромбонист», и Климов запрашивал на потеху публике: «Говорят, что Александр III последнее время особенно занят разучиванием на тромбоне похоронного марша. Уж не инстинктивное ли это предчувствие?» «Царь-Митрофанушка», «Немазанный истукан» - так называли в «Правде» царя и рассказывали о том, что он сперепугу целый день пьет водку, а в Александро-Невскую лавру его могли отвезти только уложив пьяным в карету. Как-то на пути царского поезда неправильно была поставлена стрелка, и поезд едва не потерпел крушение. Царь отделался испугом. «Дуракам – счастье», - кратко заметила по этому поводу «Правда».





Поделитесь публикацией!


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.
Наверх