ПОИСК ПО САЙТУ


Джордж Ф. Кеннан: Проблемы внешней политики США




Автор: Джордж Ф. Кеннан
Перевод: Е. Нелединский
Издательство им.Чехова, Нью-Йорк, 1956 год.


Советским идеологам не прятать бы эту книгу в спецхран, а издать миллионным тиражом и зачитывать на политинформациях, - разумеется, с комментариями, поскольку здесь очень наглядно продемонстрирована разница между советской и американской системами ценностей. А еще это отличный пример применения двойных стандартов: почему-то Гражданская война в Америке 1861-65 годов – сугубо внутреннее дело США, а «Большой Террор» 1937-38 годов в СССР – предмет обсуждения и осуждения для всего мира. Ну, и вообще, когда дело идет о «нас» (то есть об американцах), мы в своих интенциях белые и пушистые, а «они» (то есть мы, русские-советские) – почти всегда чернее сажи. 

Джордж Фрост Кеннан – не путать с его двоюродным дедом Джорджем Кеннаном, путешественником по Сибири – очень влиятельный и проницательный дипломат, убежденный антикоммунист. Большую часть своей жизни так или иначе связанный с Россией, Кеннан работал в довоенном СССР, потом был послом США в Москве в 1952 – 53 годах и был отозван по требованию Советского правительства. Собственно, холодная война началась не столько с Фултонской речи Черчилля, сколько с «длинной телеграммы» Кеннана 1946 года, утверждавшей невозможность сотрудничества с Москвой.

В этой книге – лекциях, прочитанный перед студентами Принстонского университета – Кеннан доходчиво объясняет, какой тактики стоит придерживаться Америке в международных делах, и что такое стратегия сдерживания, которую надлежит применять к враждебному коммунистическому миру.  

Самое печальное, что политика США в отношении СССР, предложенная Кеннаном, в результате сработала на все сто. 

Татьяна Кравченко

    
Отрывок из текста:
Если мы обратимся к прошлому, к мысли наших праотцов, основателей нашей нации, то мы увидим, что самостоятельное государство мыслилось ими, как средство обеспечить каждому члену его пользование известными правами – на жизнь, свободу,  стремление к счастью – согласно Декларации Независимости; но также, самое главное, - право иметь собственность и распоряжаться ею. У них было ощущение, что эти права являются единственными, какие Творец даровал людям.

(…) Не будем воображать, будто цели государство – в отличие от методов – подлежат оценке в категориях морали. Я не уверен даже в том, что и для личности существуют какие-то непреложные (универсально применимые) нормы морали, помимо тех самоочевидных правил благоразумия, общих для всего человечества, которые вытекают из необходимости сохранения семьи и поддержания порядка в обществе. Процесс управления государством лежит в плане практической жизни, а не в плане этическом. Это прежде всего нудная будничная работа, где человек всегда подчинен кому-то другому. Выполнение этой безрадостной, кропотливой поденщины – занятие не такого рода, чтобы там могли найти применение такие качества, как альтруизм, жертвенность и т.п.  Итак: мораль, как проводник при саморазвитии личности – да! Мораль, как цемент гражданских качеств и, следовательно, залог здоровой демократии – да! Мораль в методах управления, как дело совести и отличительная черта нашего народа – да! Но мораль, как главный критерий при установлении поведения государств, и особенно как критерий для оценки и сравнения поведения разных государств – нет! Здесь нужны иные критерии – более жесткие, более точные, более практичные. 

(…) (О государственной помощи другим странам) Предположим, что общий результат такой помощи будет благотворен для нации, получающей ее, по крайней мере, по нашим сведениям. Но те, кто считают себя потерпевшими от вмешательства, этого нового фактора в их жизнь, не склонны к такому оптимизму; и их горечь легко может обратиться против иностранцев, приславших эту помощь, а не против собственного правительства, об этой помощи просившего. В 1918 году наше правительство сделало ошибку, полагая, что оно может оказать беспристрастную экономическую помощь населению Сибири посредством нашей благожелательной интервенции. Но генералу Грэйвсу пришлось вскоре получить неприятный урок: в условиях Гражданской войны, кипевшей тогда в Сибири, ничто не могло миновать политической оценки, и действия Грэйвса создавали ему как друзей, так и врагов. Надо признать, что даже благодеяния, оказанные чужому народу, представляют собой форму интервенции в чужие внутренние дела и всегда встречают в лучшем случае двойственный прием. 

(…)Географические размеры Советской империи являются серьезной и нездоровой аномалией и настоятельно нуждаются в исправлении; но каждая поспешная, резкая и прямая попытка исправить положение неминуемо навлечет на нас всех – друзей, врагов, включая и американцев – новые несчастья и смуты. 

Самой большой опасностью, какой грозит нам советская политика, все еще является ее попытка вызвать междоусобную рознь и конфликты внутри нашей системы союзов и нашего государства. Но здесь мы в состоянии противопоставить им качества нашего руководства и общий тонус нашей национальной жизни. Если бы эти элементы были на должной высоте, то они могли бы, подобно излучению, воздействовать на остальной мир, и тепло этого излучения явилось бы не только наилучшим средством для подавления советской экспансии, но и наилучшим средством для помощи народам за железным занавесом в деле возвращения им свободы. Вспомним басню Эзопа о состязании между солнцем и северным ветром – кто из них скорее снимет с путника его плащ? В нашем случае путник – это советская власть; плащ – эта та зона неупорядоченной власти и влияния в Восточной Европе и в других местах, которой советская власть пытается прикрыть собственную святыню. И вспомните, что не прямые усилия бушующего и неистового ветра, но мягкое и косвенное влияние солнца заставило упрямого путника, в конце концов, снять свой плащ.  





Поделитесь публикацией!


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.
Наверх